Утром в покои жриц ворвались големы во главе с Лалуидом. Мелким сморщенным слизняком, отвечающим за создание големов, и, соответственно, главным по безопасности. Он предпочитал возиться со своими творениями у себя в подвале и никогда не появлялся среди подручных Ника, и спустя столько времени, я видела его впервые.
Нас собрали в общей комнате, заставив выстроиться рядками, пока Кин пыталась понять в чем дело.
– Что случилось? – в сотый раз спрашивала Кин, ходя за Лалуидом. – По какому такому праву ты копаетесь в вещах моих жриц?!
Устало зарычав, Лалуид развернулся к Кин и прямо ответил:
– Вчера «Поджигателями» были похищены, показательно истерзаны и убиты двое советников Императора и подставила под удар ваша жрица. И сейчас мы ищем подтверждение ее вины.
– Что? – возмутилась Кин, покосившись в мою сторону. – Кто посмел предать моего брата?
В общую комнату вернулся голем, неся несколько флешек с записями. В космосе такие мелкие штучки заменяли письма. Из-за отсутствия какого-то общего письменного языка, приходилось использовать голосовые или видео записи.
Он передал их Лалуиду и последний включил их:
– Все готово, – раздался голос, лишь смутно напоминающий голос Гре. – Мы ждем их в заброшенном ангаре. Приходи полюбоваться, Нантргар.
Повисла гробовая тишина, которой еще никогда не было при мне в этой комнате. Все знали, что это не может быть правдой, но никто не мог пойти против записей.
– Забирайте все ее вещи, – крикнул Лалуид големам. – А вас, «Госпожа», попрошу внимательнее следить за вашими жрицами.
И стоило Лалуиду со своей армией покинуть комнату, наполненную застывшими от шока жрицами и закипающей от гнева Кин, как все развернулись ко мне:
– Что ты сделала?! – завопила Кин.
– Ничего, – пожала плечами я. – Если помните, я вообще-то убила главу Поджигателей на арене.
– А происходящее на Цдаме ты как объяснишь?! А?! Инфляцию?! Разрушающуюся экономику?! То, что сотни торговцев покинули рынок, что нас разорили, что мы через несколько месяцев не сможем закупать сюда продукты?!
– За то, что ваши братья. Извините, покойные, братья, – поправила я со спокойной улыбкой. – Не справлялись со своими задачами, и их решили убрать, я не в ответе.
– Да Нантргар бы в жизни не подняла руку на своих единственных клиентов! Как и Розефина никогда не любили балконы и никогда не приближались к краю – знают все! – набросилась Танарари, – превращая свое тело в доспехи.
– Докажите мою вину, прежде чем обвинять. А… Вы так беситесь, потому что знаете, что вам не удастся, – хмыкнула я, скрещивая руки.
– На выход, – прошипела Кин. – Живо.
Я тряхнула крыльями в цепях и от меня тут же отпрянули ближайшие жрицы, а после по образовавшемуся живому коридору покинула покои. Кин, как разъяренная туча в розовом халате пронеслась по коридору и притащила меня в свой кабинет.
– Что, – с ледяной ярость, отчеканивая каждое слово, спросила Кин. – Это? Значит? А?!
– Смотря какую версию ты хочешь услышать.
– Мне нужна правда! – она нависла над столом и была готова метнуть в меня чем-нибудь.
– Смотри, есть четыре претендента на трон, – я выставила четыре пальца. – Ты, Генрих и два… А, ой, извини. Вас осталось всего двое.
– И этим ты оправдываешь казнь Нантргар?! Ты обрекла ее на смерть!
– Сопутствующий ущерб, – небрежно тряхнув крыльями в цепях ответила я.
Она хотела снова начать кричать, но сделала глубокий вдох, сжав край стола, и успокоившись заговорила:
– Раз нас осталось всего двое, то я, пожалуй, удовлетворю просьбу Генриха отдать ему тебя насовсем.
– У меня клиенты расписаны на несколько дней.
– Да. Ты примешь их, но больше я к тебе никого не подпущу. И с этого дня ты и шагу не ступишь в покои жриц.
– Окей, заберу пару вещичек и съеду, – хмыкнула я, вставая.
– Они были твоими подругами… – сказала она мне в спину.
– Они были полезными компаньонами. Я не собираюсь наступать на одни и те же грабли дважды и заводить здесь друзей.
Забрав припрятанные колбы с ядом, я поднялась на этаж Генриха, но его не было. Пройдясь по пустой комнате, я прикинула, куда спрятать яд и ничего выгоднее горшка с пальмой не придумала. На первое время сойдет.
А после прошла в ванную комнату, где рядом с глубокой ванной, в шкафчике, в самом дальнем углу меня ждало сердце Гре. Я нашла его пару недель назад, после собрания, когда Генриху пришлось подменить меня в качестве деликатеса для Ника на вечер. В тот день я придумала как разрушить Цдам почти до основания.
Смотря на сердце и вспоминая масляные, четырехглазые рожи братьев Ника, я осознавала, что они могут быть хорошими пешками. Они туповаты и ими легко манипулировать. Я знала, чем они занимаются, но нужно было подобраться ближе. Тут мне помогла Нантргар, знавшая их едва ли не лучше всех на Цдаме.
***
– Я не уверена, что это хорошая идея, – сказала Нантргар, ведя меня по коридору с нашими рабочими комнатами.
– Да я же просто отдам ему его брошь, – я в который раз продемонстрировала честно украденную вычурную брошку Инка. – Ну скажи…
– Ладно. Я отведу тебя до лифта. Но если тебя схватит стража…
– Не схватит, – заверила я ее.