Мы ненадолго замолчали. Я дала себе время собраться, а потом отстранилась, позволив Лео закончить с наручниками. И пока он занимался первым наручником, я узнала еще одну не утешающую новость:
– Я объяснил им, чего ждать после твоего возвращения, поэтому они… Они пообещали не давить и не торопить тебя. Дать тебе оклематься.
– Как Дони это все воспринял?
– По началу, конечно, резко, но чем дольше мы общались, тем больше он понимал ситуацию. Трейс и Рашель не хотели ему рассказывать, поэтому я пошел немного наперекор их мнению.
– Давно надо было это сделать, – пробормотала я, разминая первое освобожденное запястье.
– Еще злишься, что я подверг его опасности?
– Я знаю Дона. Если он был в курсе происходящего, то наверняка не успокоился, пока не добился вариантов, как мне помочь.
– Я говорил ему, что это кончится… Так как кончилось.
– О чем ты? – напряглась я, дернув ушами.
– Когда Рениш забрал его, то изменил. Немного…
– Твою мать, – я схватила его за руку, заставив посмотреть в глаза. – Что. Он. Сделал?!
– Он сделал его полу-нуксом.
– Он что… – резко потеряв все силы сказала я.
Полу-нуксы… Этот проклятый проект Рениша, с помощью которых он создавал себе рабов для плантаций. Ходячие трупы, покрытые струпьями, и чью кожу разрывает от новых синих щупалец. Безжизненные взгляды желтых белков с неровными черными зрачками…
Последней каплей стало воспоминание о сне, в котором я уже видела такой исход событий для Дона…
– Сирена, – Лео накрыл мою руку своей, чтобы напомнить, что я слишком крепко держу. – У Рениша получилось. Дони не похож на тех полу-нуксов. Дони все еще Дони с человеческим сознанием, пусть и отсутствием эмоций. За эти недели он полностью привык к ним и даже нашел плюсы. Слышишь? Все в порядке.
– Да какое в порядке?! Он не должен был пострадать, – я выскользнула, зажав рот ладонью.
Что же я наделала…
Мне никогда не искупить
На что я вообще надеялась…
– Он знал на что идет и в этом нет твоей вины.
– Знать и быть в этой ситуации не одно и тоже! – закричала я. – Я знала, что не вернусь с войны! Знала, что со мной будут там делать! Знала на что подписывалась, становясь жрицей! Думаешь это хоть как-то что-то облегчило?! Да ни хрена! Я уже даже не знаю кто я. Я ни хрена не чувствую кроме тупой боли. Я просто разваливаюсь на части…
Лео взял меня за руки:
– Ты – Сирена Карлайт. Девушка, переехавшая в Нью-Йорк и подчинившая свою жизнь себе. Ты – борец, и в любой ситуации ты сражаешься, а не бежишь от опасности. Ты упрямая и верная, и готова пожертвовать даже душой за тех, кого любишь. И твоя семья это знает и гордится. Они ждали, когда ты вернешься и прямо сейчас каждый из них готов помочь тебе любой ценой. Позволь им помочь. И поверь мне, из этой бездны можно выбраться. Это будет тяжело, но возможно. Просто прими протянутую руку.
– Ты смог? – едва слышно ответила я.
– Я на пути к этому. И в основном благодаря тебе.
Все другие вопросы из головы исчезли, и я просто кивнула.
– Значит будем выбираться из этого вместе.
Скрипнули половицы лестницы, предвещая появление Рашель, которой не хватило терпения дождаться нас внизу, поэтому Лео взял все кандалы, и вышел, оставляя меня наедине со спутанными мыслями.
Отбросив их в сторонку, я взяла одежду, спрятала крылья и хвост магией, надеясь, что у свитера будет высокий ворот.
Внизу слышался тихий разговор, но я силой заставила себя не вслушиваться. Пока что у меня есть небольшой перерыв собраться перед новой, еще более тяжелой встречей.
Дони и Трейс вернулись спустя сорок минут, и шумный веселый голос Трейса наполнил дом.
Я подошла к лестнице, но запаниковав уж было хотела вылезти через окно и убежать, но услышала требовательное:
– Где она?
Это подстегнуло мою решимость, и я спустилась, пролетев первую половину, не разбирая ступеней.
– Я здесь, Трейс.
Он обернулся, уронив сумки с продуктами и пока я спустилась до конца сверлил меня взглядом, ища хоть намеки на раны. Но все шрамы и синяки были спрятаны за свитером и теплыми штанами Рашель. И стоило мне ступить на пол, как он крепко меня обнял, не дав сказать и слова.
– Трейс, мне…
– Нет, – оборвал мои извинения он. – Не смей извиняться за то, что выжила.
Я уткнулась в его плечо и позволив себя опустить выстроенную стену от бушевавших эмоций на несколько секунд. Но их было слишком много, чтобы выпускать наружу. Отстранившись, я вгляделась в его лицо, замечая пару новых морщинок, но все такие же добрые карие глаза и широкую улыбку.
Он не ненавидит меня. И не боится.
И это было самым важным для меня в это мгновение.
– Ну привет, сестрица, – хмыкнул Дони, отдавая Лео его Нео.
Когда он снял маскировку, то вернулись скрытые ранее четыре синих щупальца, глаза стали желтыми, со зрачками шестеренками, но больше… Больше ничего не изменилось. Он остался таким же, без струпьев, с живым и ясным взглядом. Его лицо было непроницаемым, но я уже знала, что Рениш отключил его эмоции.