Заключенные, вздыхая и жалуясь, выстроились в шеренгу. Ду встал позади Хана и прошептал:
– Что за выходки?
– Не выходки, – отозвался Хан. – Я вдруг понял, что не обязан терпеть. Если кто-то хочет причинить мне боль, я по меньшей мере могу ответить тем же!
Ду улыбнулся. Кто бы мог подумать, что его недавний совет подействует так быстро… Правда, он не знал, радоваться ему или волноваться.
В половине третьего обеденный перерыв закончился, и охранники стали открывать двери камер. Заключенные построились, и тут один из охранников крикнул:
– Ду Минцян, шаг вперед!
Ду послушно вышел из шеренги. Остальных увели на прогулку, а охранник подошел к Ду и вложил ему в руку компакт-диск.
– Вот, это твое.
Ду поклонился.
– Спасибо.
Охранник достал еще квадратную коробку.
– А это от капитана Ло Фэя из уголовного розыска.
От Ло Фэя? Удивленный, Ду взял коробку. Судя по картинке, там был проигрыватель компакт-дисков. Предусмотрительно… На Ду нахлынула волна благодарности.
Охранник явно заметил реакцию Ду.
– Капитан Ло Фэй попросил меня передать: ты и сам знаешь, кто лучше позаботится о твоем друге.
– Понятно, – ответил Ду.
– Я ему так и сообщу. – Охранник взмахнул рукой. – Можешь идти.
Ду направился к дверям. На ходу он нетерпеливо снял упаковку с плеера, вставил компакт-диск, надел наушники и нажал кнопку воспроизведения.
Когда он вышел из тюремного блока, в глаза било полуденное солнце. В ту же секунду из наушников полилась небесная музыка. Казалось, будто он взлетает на крыльях счастья. Зачарованный, Ду прогуливался под теплыми весенними лучами.
– Задумался? – раздался голос, прервав его мысли. Он неохотно выключил плеер – перед ним стоял Хан.
– Мне сделали подарок. – Он показал плеер.
Хана музыка явно не интересовала. Он дернул Ду за рукав:
– У тебя есть минутка? Надо кое о чем поговорить.
– Что случилось? – Ду убрал плеер в карман.
– Давай найдем место потише… – Хан оглядел двор и направился в тенистый угол.
Ду последовал за ним.
– Я все обдумал, – заявил наконец Хан. – Я хочу отсюда выйти!
– В каком смысле?
– Я хочу выйти, – повторил Хан, чеканя слова. – Хочу сбежать из тюрьмы.
– Идея безумная, – недоверчиво сказал Ду. Он осмотрелся, убеждаясь, что никто не подслушивает, а затем прошептал: – Ты с ума сошел?
– Нет, не сошел. – Хан выглядел очень серьезным. – Мне нужно сбежать. Мама перенесла инсульт, а лечение слишком дорогое. У моей семьи никогда не было сбережений. Если я не выйду отсюда, могу никогда больше ее не увидеть.
Ду закатил глаза.
– Ты не увидишь ее, даже если сбежишь! Как думаешь, полиция не догадается установить наблюдение за твоими друзьями и близкими после побега? Ты к маме даже подойти не сможешь. Не глупи! Как только свяжешься с кем-то из родных, тебя тут же схватят.
Хан понурил голову.
– Я не настолько глуп. Видеться с семьей я не собираюсь. Мне просто нужно заставить бывшую невесту вернуть деньги моим родителям. Ради такой цели и жизни не жаль.
– Заставить ее вернуть деньги? Как?
Хан замялся.
– Я еще не придумал… Но должен же быть способ!
Ду казалось, что он разговаривает с незнакомцем. После долгой паузы он смог проговорить лишь одно:
– Ты спятил.
– Нет! – Лицо Хана перекосилось. – Ты сам советовал не щадить тех, кто причиняет мне боль. Ты вселил в меня веру в справедливую месть, а теперь называешь меня сумасшедшим? Неужели ты мне солгал?
– Я не лгал. Нельзя потакать людям, которые причиняют нам боль. Вот только гнев и спешка отомстить не помогут. – Ду протянул руку и постучал Хана по голове. – Отомстить помогут смекалка и терпение. Понял?
Хан сделал несколько глубоких вдохов.
– Хорошо, я успокоился. Что же мне, по-твоему, делать?
– Мотай свой срок, веди себя хорошо и требуй смягчения приговора. Попроси друзей нанять хорошего адвоката и найти доказательства того, что девушка украла у тебя деньги. Тогда решение суда могут вообще отменить.
Хан разочарованно скривился.
– Смягчение приговора? Даже если мне сократят срок, я все равно проведу здесь больше десяти лет. А маме нужно лечение немедленно. Через десять лет месть будет уже не холодным блюдом, а замороженным! И отмены приговора можно не ждать. Будь у меня доказательства, стоял бы я здесь сейчас?
Ду лишь развел руками.
– Есть другие предложения? – спросил Хан.
– Наверное, нет.
– Тогда я сбегу отсюда.
Ду вдруг схватил Хана за руку и вытащил из темного угла, где они разговаривали.
– Что ты делаешь? – испугался Хан.
– Посмотри туда, – указал Ду. – Скажи мне, что ты видишь.
На высокой сторожевой башне стоял вооруженный охранник, его автомат блестел на солнце.
Хан пристыженно молчал. Ду продолжил:
– Такие башни в каждом углу тюрьмы. Оттуда наблюдают за каждым нашим движением. Хочешь бежать? Тебя подстрелят, как зайца.
Хан глубоко вздохнул, но тоска в его глазах не исчезла. Ду сделал шаг назад.
