Эх, пожалуй, придется еще раз встретиться с ним, дабы принести извинения за резкость. Только осторожно, чтобы не подарить молодому человеку ложную надежду. Пусть семья Адамастро слаба и малочисленна. И вряд ли желтоглазый дворянин осмелится пакостить представительнице столь могущественного рода, как Иземдор. Но всё же какая-то тайна у юного Риза определённо есть. Уже один тот факт, что проведать его съехалась половина аристократической верхушки Клесдена, включая даже главу Мисхейв, говорит о многом. Да и господин Инриан явно имеет какие-то виды на экселенса Ризанта. На её памяти, деверь Вайолы мало кого так тепло зазывал посетить свое родовое гнёздышко.
Дверь в покои дворянки отворилась совершенно беззвучно, но она сразу же кожей ощутила чье-то присутствие. Причем, это был явно не кто-то из слуг. Те не смеют входить в опочивальни хозяев без разрешения. Так что девушка не сильно удивилась, когда в идеально гладкой поверхности большого зеркала возникла фигура главы их семьи.
— Мне нужно с тобой кое-что обсудить, Вайола, — не терпящим возражений тоном заявил гран Иземдор.
— Конечно, мой экселенс, как вам будет угодно, — покладисто кивнула вдова и отложила изящный костяной гребень.
— Что хотел от тебя господин нор Адамастро? — в лоб спросил аристократ.
— Не имею понятия, — честно призналась она. — Я сразу обозначила границы нашего общения, поэтому он не договорил.
— И почему же ты так обошлась с ним? — огорошил барышню очередным вопросом глава.
— К… как это почему? — приподняла идеальной формы брови дворянка, будто бы удивляясь, что собеседник смел допустить какой-то иной исход. — Инриан, я всем сердцем любила Велланта! Как я могу предать его память⁈
— Это единственная причина? — деловито осведомился мужчина.
— Я… я не понимаю, к чему ты…
— В этом твоя проблема, Вайола. Ты очень многого не понимаешь, — цыкнул хозяин дома. — Мой брат держал тебя под хрустальным колпаком, ограждая от всех бед и проблем. Ты привыкла жить в беспечности, не имея ни малейшего понятия, чем дышит семья Иземдор. Почти пять лет назад Веллант привёл тебя в мой дом, но ты за этот срок всё еще не стала одной из нас. Ты так и осталась нор Линвальд, хотя и сменила фамилию.
— Ваши слова очень обидны, экселенс, — оскорбленно поджала губы девушка. — Если вы хотите сказать, что я делаю недостаточно для блага нашего рода, то…
— Здесь я глава, Вайола, — резко перебил её аристократ. — И только
— И что же вы хотите от меня, экселенс? — ледяным тоном спросила милария.
— Во-первых, навести молодого нор Адамастро снова и извинись за свой поспешный отказ. А во-вторых, покажи, что ты не против развития ваших отношений. Только не прыгай к нему в койку сразу, чтобы он не охладел к тебе слишком быстро. Насколько я слышал, экселенс Адамастро персона крайне ветреная.
— Ты… ты… почему, Инриан⁈ Зачем ты толкаешь меня на
— Затем, что я хочу знать о Ризанте нор Адамастро
— К-каких обещаний? — совсем уж потеряла нить беседы девушка.
Аристократ смерил невестку суровым взглядом, размышляя, стоит ли женщине доверять такую информацию. Но, видимо, он решил, что она должна знать, в каком направлении вести поиски.
— Адилин гран Мисхейв свято убеждён, что именно Адамастро нанёс поражение алавийским войскам в Медесе.
— Это… это просто невозможно! — вытянулось от изумления миловидное личико Вайолы. — Как один человек способен осуществить нечто подобное?
— Именно. А это значит, что за молодым Адамастро стоит кто-то еще. Да и очень подозрительно, как ему единственному удалось выжить на Кровавом Восхождении.
— Не думаешь же ты, мой экселенс, что Ризант каким-то образом причастен к организации этого…
— Тс-с-с! Тише, Вайола, — перебил собеседницу мужчина. — Есть вещи, которые не следует произносить вслух даже в родных стенах.
Дворянка осеклась на полуслове, замерев с приоткрытым ртом, а потом степенно сложила ладони на коленях.
— Надеюсь, тебе понятно, что мне нужно, — с нажимом произнес аристократ.
— Но, Инриан… как же ваш брат? Как же моя любовь к нему? — надтреснуто спросила вдова.
— Пора бы тебе смириться со смертью Велланта, ведь прошло уже больше года, — равнодушно пожал плечами глава. — Я всегда предостерегал его от заигрываний с разбойничьим отребьем. Предупреждал, что это лишь вопрос времени, когда он столкнется на кривых тропках ночного Клесдена со зверем, клыки у которого окажутся значительно длиннее его собственных. Но разве он слушал меня?