– Я прикасаюсь. – Его голос звучит неожиданно низко, грубо и напряженно. – Или ты хочешь, чтобы прикоснулся к тебе вот так? – Он сжимает мое горло одной рукой, а второй скользит вниз и ласкает меня между ног. Я еще никогда в жизни так остро не ощущала, что принадлежу кому-то. Никогда.
Нет, не принадлежу. Одержима.
Слегка подаюсь вперед, чтобы почувствовать силу его ладони на моей шее, заставить его надавить пальцами на мою чувствительную кожу.
Пристально глядя мне в глаза, Эрос раскрывает меня и вводит два грубых пальца в медленном, тщательном проникновении. Я закрываю глаза, не в силах вынести собственной уязвимости, но он издает резкий звук.
– Нет. Не прячься от меня. Не сегодня. Не сейчас.
Мне невыносимо видеть пыл в его глазах, и я смотрю на его руку между моих бедер. Вид так же хорош, как и ощущения. Он лениво трахает меня пальцами, все сильнее пробуждая мою жажду.
– Взгляни на себя, – бормочет он. – Ты совершенна.
Если бы так сказал любой другой мой партнер (а они говорили), я бы сочла, что слова вырвались в пылу момента. Знаю, что привлекательна, но моя красота не вызывает того трепета, который, как правило, кроется в подобных комплиментах.
Вот только…
Судя по голосу, да и виду, Эрос говорит всерьез. Он продолжает неспешно меня ласкать, а свободной рукой водит по моему телу, будто не может насытиться прикосновениями. Обхватывает сначала одну грудь, затем вторую, ведет ладонью по животу, а потом с рыком сжимает мое бедро.
– Совершенна, черт возьми. – Он вынимает пальцы и обводит ими клитор. – Прячешь такой ум и честолюбие за симпатичным личиком. Ты когда-нибудь показываешь себя настоящую, красавица?
– Эрос, пожалуйста. – Не знаю, чего прошу. Чтобы он остановился, не останавливался никогда или довел меня до оргазма, не говоря при этом слов, которые пробирают меня до глубины души.
– Такого ответа достаточно. – Эрос кусает меня за плечо, отчего я подпрыгиваю, и вводит пальцы снова. – Кончи, Психея. Я хочу почувствовать, как ты, кончая, сжимаешь мои пальцы.
Он прижимает ладонь к клитору, каждым движением лаская меня там, где я нуждаюсь сильнее всего.
Не продержусь больше ни минуты.
Я сильно кончаю, но едва крик успевает сорваться с губ, как Эрос поглощает его, набросившись на меня с поцелуем и усиливая мое удовольствие. Волна за волной. Боги, это слишком и вместе с тем недостаточно. Будь я в состоянии мыслить ясно, пришла бы в ужас оттого, что мне всегда будет мало. У меня подкашиваются ноги, и он ведет меня к кровати, а потом укладывает повыше на матрас, чтобы расположиться на коленях между моих разведенных бедер.
Как же он на меня смотрит.
Будь я умнее, нашла бы способ сбежать от него. Пыл в глазах Эроса напоминает одержимость, а быть единственным объектом внимания этого мужчины – опасность, с которой не готова справиться. Я сильная. Мне пришлось стать сильной, чтобы так долго выживать без особых потерь.
Но моих сил не хватит, чтобы одержать победу над Эросом, если он решит разорвать меня на куски.
У меня дрожат руки. Все тело трясет. Глядя, как Психея кончает,
Она заслуживает лучшего.
Я не придаю большого значения браку и всему, что с ним связано, но Психея из тех, кому это важно. Даже если бы я не вынудил ее пойти на это, все равно вероятно, что она не вышла бы замуж по любви. В Олимпе, особенно среди Тринадцати и их семей, брак по любви – это нечто неслыханное. Женятся ради денег, власти и престижа. Любовь в это уравнение не входит.
И все же из-за меня она потеряла шанс встретить свою любовь. Самое меньшее, что могу сделать, это подарить ей незабываемую брачную ночь.
Провожу ладонями по ее ногам, округлому животу. От того, что она обнаженная распростерта передо мной, испытываю то же головокружение, что и сегодня днем. Да, она чертовски сексуальна, но меня манит к ней доверие, которое она мне выказывает. Я его не заслуживаю… но, как ни странно,
– Эрос, – она приподнимается и тянет ко мне руки. – Иди сюда.
– Не сейчас. – Я еще не снял брюки. Не могу рисковать. Судя по тому, какое желание бушует в моем теле, сосредоточившись в члене, я долго не протяну, как только окажусь в ней. Хочу, чтобы она снова кончила, хочу еще несколько раз ощутить, как она разлетается вдребезги, прежде чем мы дойдем до главного.
Хочу как можно крепче привязать ее к себе; хочу, чтобы она жаждала того, что могу ей дать, так же сильно, как мне хочется дать ей это. Единственный способ этого добиться – доставить ей сегодня столько удовольствия, что, едва ощутив желание, она вновь потянется ко мне.
Если мне удастся, она будет испытывать его постоянно.
