«Достал!» — воскликнула Полина и решительно подошла к окну, встретившись взглядом с заражённым. Существо уставилось на неё в ответ, его зрачки неподвижно следили за каждым движением девушки, а лицо вдруг исказилось в жуткой улыбке до ушей. Острые клыки блеснули в тусклом свете, по ним стекала алая слюна.
«Я… тебя… вижу…» — произнёс заражённый. Его голос, приглушённый толщей стекла, звучал хрипло и угрожающе, но каждое слово было отчётливо различимо.
«И что? Достать ты меня всё равно не можешь», — фыркнула Полина и, не сдержавшись, показала существу средний палец.
Существо, словно поняв оскорбительный жест, издало яростный рык и с удвоенной силой начало колотить в стекло.
Я подошёл к окну, окутав руку электрическими разрядами. Коснулся стекла, пропуская через него ток. Стекло мгновенно окуталось сетью молний, которые, словно живые, перескочили на заражённого. Существо забилось в конвульсиях, а затем, потеряв равновесие, рухнуло вниз.
Через несколько мгновений перед глазами всплыло системное уведомление:
«Получено 100 единиц Тираниума».
Полина с недоумением уставилась на меня:
«Стекло ведь не проводит ток. Как ты это сделал?»
Я лишь пожал плечами:
«Магия…» — не стал вдаваться в подробности своих способностей.
Девушка устроилась в кресле, а я снова опустился на диван, чувствуя, как накатывает усталость.
«Ну а ты что про себя расскажешь?» — спросил я, глядя на Полину. Её синие волосы всё ещё слегка светились в полумраке комнаты, а глаза, хоть и перестали излучать магический свет, всё ещё казались необычными, словно хранящими какую-то тайну.
Она тяжело вздохнула, её плечи поникли, а в глазах промелькнула тень невысказанных воспоминаний.
— Да… В момент начала этой жопы я была дома, — начала она, глядя в окно, за которым бушевала новая реальность. — Сидела у окна, наблюдала за тем, как мир рушится. Потом… да ничего особенного, — она отвела взгляд, словно не желая погружаться в те страшные минуты. Её пальцы нервно теребили край футболки, выдавая внутреннее напряжение.
— А как же ты получила первые сто единиц Тираниума? И я бы не сказал, что твои способности похожи на первый уровень, — спросил я, внимательно наблюдая за её реакцией. В моём голосе звучала искренняя заинтересованность.
— Ну… Были несколько заражённых, которых пришлось упокоить. Я устраивала им ловушки на этаже. Успела справиться с несколькими, пока они не поумнели, — призналась она, и в её глазах промелькнуло что-то тёмное, почти зловещее. — Видишь, как они теперь используют стёкла? Это я их научила… — добавила она с горькой усмешкой, в которой читалась смесь гордости и сожаления.
После недолгой паузы я решился задать следующий вопрос:
— А что можешь рассказать о своей прошлой жизни?
— Ну, зовут Полина, девятнадцать лет. Папа — бизнесмен, мама — учительница начальных классов, — начала она, но её голос дрогнул. Она набрала воздуха, но затем тяжело выдохнула, словно передумала продолжать. — Я была студенткой, училась на медика. Повезло, что в момент начала был выходной — я осталась дома, а родители уехали на дачу.
— Мои родители работают по гибкому графику, — вздохнул я, чувствуя, как боль от неизвестности сжимает сердце. — Тогда были их смены.
— А они кем работают? — спросила Полина, стараясь проявить участие.
— Папа — электрик, а мама работала официанткой в «Лунном свете», — ответил я, вспоминая родителей, их улыбки, их заботу. Воспоминания причиняли боль, но они были единственным теплом в этом холодном мире.
Полина опустила голову, понимая без слов, что шансы на выживание моих родителей невелики. Она промолчала, за что я был ей благодарен — иногда молчание говорит больше слов.
— А Ира? — вдруг спросила девушка, нарушая тяжёлую тишину.
— Ира? Вы знакомы? — удивился я.
— Ну да, так, перекидывались парой слов. Твоя сестра была весьма милой, — пожала плечами Полина.
Я вздохнул, чувствуя, как надежда и тревога смешиваются в душе:
— Она ночевала у подруги… недалеко отсюда, на соседней улице. Надеюсь найти её — это моя первая цель. По пути планирую собирать Тираниум. Боюсь, если не становиться сильнее, скоро заражённые поумнеют настолько, что с ними будет невозможно выживать без способностей.
Девушка кивнула, её взгляд стал решительным:
— Я тоже так думаю. Может, объединимся? Вместе будет легче.
Я замолчал, обдумывая её предложение. В голове крутились мысли о доверии, о рисках, о том, насколько надёжным может быть союзничество в мире, где каждый день может стать последним. С одной стороны, доверие к незнакомцу в таких условиях — рискованно. С другой — она уже спасла мне жизнь, и её способности могут оказаться бесценными в борьбе за выживание.
Молчание тянулось, словно резина, растягиваясь между нами. Полина не торопила с ответом, понимая тяжесть решения. В её глазах читалось понимание и готовность к любому ответу.
— Ты понимаешь, что со мной может быть слишком опасно? Я собираюсь зачистить дом, после чего выйду на улицу, — произнёс я, глядя Полине прямо в глаза.
Она кивнула, не отводя взгляда.