Я остановился, прислушиваясь. Тишина давила на уши, становилась почти физической. В воздухе витало что-то… чуждое. Что-то, от чего волоски на руках встали дыбом, а по спине пробежал холодный пот.
— Кто здесь? — голос прозвучал твёрже, чем я ожидал. — Покажись!
Тишина была мне ответом. Только шорох… и что-то ещё. Что-то, чего я пока не мог уловить.
В зале ничего не было видно — всё казалось таким же, как раньше. Но что-то неуловимо изменилось. Воздух словно сгустился, стал тяжёлым и вязким. Внезапно я заметил: шторы были сдвинуты, совсем чуть-чуть, но этого было достаточно, чтобы понять — здесь кто-то был. Кто-то или что-то…
Я начал оглядываться, выискивая в темноте скрывающихся врагов. Но видел лишь густую тьму, подсвеченную кровавым светом красной луны. Тени на стенах казались живыми, они двигались, извивались, словно пытаясь предупредить меня об опасности.
И тут я услышал это — слабый женский стон боли, доносящийся из той самой комнаты, где мы с Полиной сражались с заражёнными. Звук был таким тихим, почти призрачным, но он пробрал меня до самых костей. Я замер, прислушиваясь, затаив дыхание.
— Костя… — послышался слабый, болезненный шёпот. — Костя… я здесь.
Голос Полины звучал так, будто она была на грани сил. Я сглотнул ком в горле, чувствуя, как страх парализует тело. Но я должен был двигаться. Должен был помочь.
Сжимая фонарик крепче, держа руку с молниями перед собой, я двинулся в сторону комнаты.
В коридоре я увидел шесть трупов заражённых, хаотично раскиданных по полу. Их тела выглядели неестественно, словно кто-то специально разбросал их в таком порядке. Вроде всё было так, как должно было быть — мы не убирали тела. Но что-то было не так. Я медленно приближался к двери, слыша тяжёлое, прерывистое дыхание девушки.
Но тут шорох из зала заставил меня резко развернуться. Тьма коридора словно смотрела на меня в ответ, будто сама комната ожила и наблюдала за мной. Я пытался разглядеть что-то в этой черноте, когда внезапно увидел движение.
Во мраке начали шевелиться тени. Множество теней стояло прямо в начале коридора. Они были размытыми, почти призрачными, но в то же время совершенно реальными. Я видел, как разорванная одежда на них колышется, как шевелятся их волосы под порывами ветра из окна. Красные точки глаз начали смотреть прямо на меня. Сузившиеся зрачки заражённых не двигались, зафиксировав свой взгляд на мне. Их было слишком много.
А потом эта волна теней ринулась вперёд. Они двигались как единое целое, словно управляемые невидимой рукой, их движения были слаженными и пугающе точными.
Я действовал инстинктивно. Вбежал в комнату, двери которой были сломаны, превратившись в искорёженные обломки. Шансов на противостояние с такой толпой не было. Заражённые наступали, их было слишком много, они заполняли собой всё пространство коридора.
Сердце колотилось как сумасшедшее, готовое выпрыгнуть из груди. Пальцы искрили электричеством, готовое сорваться в любой момент, но сейчас нужно было спасать Полину. Я должен был добраться до неё, пока не стало слишком поздно.
За спиной слышался топот множества ног, скрежет ногтей по полу, хриплое дыхание нежити. Время словно замедлилось, каждый звук казался оглушительно громким.
Внезапно сильные руки схватили меня сзади. Я почувствовал, как чьи-то когти впиваются в мою кожу через одежду. Инстинктивно я взмахнул фонариком, но металлическая рукоять лишь рассекла ночную тьму, не встретив никакого сопротивления. В следующий момент меня резко дёрнули назад, и я оказался лицом к лицу с кошмаром.
Тошнотворное, гнилостное дыхание ударило в нос, заставляя желудок сжиматься от отвращения. Этот запах… запах разложения и смерти, который я так хорошо знал.
Передо мной возникло лицо Полины. Но это была не она. Совсем не она. Её глаза… они были не красными, как у обычных заражённых, а совершенно белыми, без единой капли радужки, лишь с крошечными точками зрачков, которые словно светились в темноте неестественным светом.
— Я… тебя… вижу… — пробулькала она, и в её голосе не осталось ничего от той девушки, которую я знал. Только первобытная жажда и голод.
Прежде чем я успел что-либо предпринять, её зубы впились в моё горло с такой силой, что я услышал, как рвётся плоть. Острая, обжигающая боль пронзила тело, и я почувствовал, как тёплая кровь хлынула из раны, стекая по шее.
В этот момент весь мир остановился. Я видел каждую деталь: как её клыки погружаются всё глубже, как по её подбородку стекает моя кровь, как в её белых глазах отражается моё собственное искажённое ужасом лицо. Её пальцы вцепились в мою одежду, разрывая ткань с пугающей лёгкостью.
Всё моё тело пронзила молния боли, но вместе с ней пришло и осознание — это конец. То, чего я боялся больше всего, произошло. Полина…стала одной из них. Та, кому я доверял, кто была моим союзником, теперь пыталась убить меня.
Фиолетовые искры электричества заплясали на моих пальцах, но было уже поздно. Слишком поздно. Я чувствовал, как силы покидают тело, как кровь вытекает из раны, как сознание начинает мутнеть.