Видел бы ты глаза имперского дипломата, когда он увидел тебя и понял, кто ты такой. Говорят, такая крупная рыбка не попадала в имперские сети уже очень давно. Император места себе не находит, ожидая, пока тебя конвоируют к его мясникам, что будут допрашивать тебя, — начал я свой рассказ, внимательно следя за выражением лица Григори.
Ни капли не шелохнулся.
— Меня и самого, если честно, прельщает мысль узнать от тебя некоторые секретики. Особенно касающиеся прошлого империи. Времена до ядовитого тумана, накрывшего земли… Но как-нибудь в другой раз.
Григори фыркнул, словно посмеялся с хорошей шутки. Ну да, какой ещё второй раз, если его утащат в подвалы имперской разведки.
— Но я лучше подожду, когда ты сам будешь готов. Быть может, твоя слепая ярость пройдёт, и разум поможет тебе понять, против кого ты собрался воевать…
Имперские дознаватели не доберутся до тебя по одной простой причине: сегодня ночью ты сбежишь из моего плена. И умчишься в свою дорогую столицу, приготовишься к новому раунду этой войны. Ты ведь уже не раз мысленно поклялся себе, что если только тебе удастся сбежать, то я пожалею, что на свет родился, не так ли? Вижу, вижу, что так всё и было. Ты не первый и не последний, кто думает так же. Но всем, кто об меня ломает когти, я предоставляю выбор… — Я улыбнулся, словно совершенно не беспокоился о том, что произойдёт дальше.
На скамейку легла связка ключей, а сам я подошёл к напряжённому, готовому вцепиться мне в горло правителю.
— Кандалы могут натирать кисти… — Лёгкий взмах — и одна из рук Григори оказывается на свободе. — Дальше сам справишься?
— Хочешь убить меня во время побега? — волком уставился на меня горе-королевич.
— Зачем? Я хочу жить на этой земле в соответствии со своими принципами, понятиями морали и соблюдать правила, жизненно необходимые для поддержания мира. А для этого и вы, архариты, и Империя должны кое-что понять…
— И что же?
— Во-первых, то, что нет врага страшнее меня. Во-вторых, то, что я всё равно добьюсь своего. Вопрос лишь в том, сколько крови своих людей и родичей вам, правителям, придётся пролить, прежде чем вы осознаете истину.
— Ты будешь жалеть об этом решении, — оскалился Григори.
— Это уж вряд ли… — хмыкнул я и продолжил: — Можешь не напрягаться, собирая силы и призывая союзников. Я сам приду к твоей столице. И принесу с собой свод правил, согласно которым я живу. И те, кто захотят остаться на этой земле, тоже будут жить в согласии с ним.
Самое первое и главное правило — никаких призывов слимов и им подобных сущностей разрушения, никаких адептов смерти. Ты и твои генералы могут не согласиться, и тогда мы сразимся.
Об одном прошу: уведи женщин, детей и стариков из своей столицы. Ибо в случае битвы пощады от меня не ждите. Я донесу до Раки устами немногих выживших, что бывает с теми, кто идёт против меня. А ты сам до последнего будешь наблюдать, как кровавые реки текут по улицам твоей столицы и рушится будущее славного королевства Одар.
Выбирай, будешь ли ты последним правителем этого королевства или первым правителем Нового Одара, что вместе со мной положит конец тысячелетней войне. И нашествиям слимов тоже положит конец. Я лично займусь этой дрянью, как на этих землях воцарится мир и порядок. А пока… Пусть льётся кровь, если тебе так этого хочется. Тебе отвечать перед душами предков за свои решения и поступки, — закончил я и вышел из камеры.
Я отпустил бойцов, заявив, что стеречь короля будут мои элементали. И даже создал парочку, чисто для виду.
Очень надеюсь, что Григори не только внял голосу разума и услышал мои слова, но и передаст эти слова совету Раки, в древнюю Аву, а оттуда и аристократы архаритов разнесут мой посыл по всем землям «дикарей».
Славия, конечно, моему решению не обрадуется. Но я им ничего и не обещал. Это моя добыча, и мне решать, что с ней делать. Я мог бы отправить сотню или даже тысячу бывших пленников из числа солдат и жителей Одара, но их голоса с моим посланием утонут в крике остальных архаритов. Голос короля одной из сильнейших приграничных держав будет громче глоток сотен тысяч голосов. А узнать тайны прошлого я смогу и через десять дней, когда наведаюсь сперва в Чёрный Авил, а следом и в столицу Одара…
— Надо бы спросить у ворона, как она называется и где находится, — прошептал, проходя по шумной улочке возрождающегося города, полного живых людей и элементалей, трудящихся рука об руку.
— Господин, прибыл главнокомандующий седьмого имперского легиона. Его войска тоже начинают продвижение в наши земли… Они обходят Бурый стороной и располагаются в приграничье баронства, — заглянул в мою подводную пещеру Люмин со свежими новостями.
— А архариты?
— Разведка говорит, что горы и леса кишат ими. Они явно стягивают свои силы, готовятся к сражению.
— Как думаешь: это местные правители своих бойцов отправили или из Авы подкрепления пришли?
