Заседание Совета Старейшин продолжалось уже около сорока минут. Канкуро не видел большого смысла вести длительные беседы в ситуации, когда через девять с небольшим часов деревня будет атакована Акацки, и он готов был поставить три месячных зарплаты начальника тайной полиции, что Темари и, самое главное, Гаара считали точно так же. Канкуро посмотрел сначала на сестру, нетерпеливо теребившую смятый в крепкий жгут листок пергамента, затем на брата, который взирал на старейшин тяжёлым взглядом поверх сцепленных в замок длинных пальцев. Судя по небольшой морщинке, залёгшей между едва заметных бровей, Кадзекагэ был предельно сосредоточен, наверняка уже продумывал стратегию обороны и едва ли вслушивался в аргументы потребовавшего слово Сайджо, утверждавшего, что посланию, принесённому какой-то собакой, вряд ли можно верить на слово.
Канкуро трижды вознёс в мыслях благодарности всем богам, что Гаара успел объявить эвакуацию, и сейчас большая часть гражданского населения деревни была уже укрыта в вытесанной в крепостной стене пещере. С не меньшим тщанием кукольник теперь молился, чтобы обмен мнениями о возможности нападения и стратегии защиты между людьми, которые после окончания совета отправятся в поименованное выше укрытие и не будут принимать участия в обороне, закончился, и они с Гаарой и Темари, наконец, занялись делом. Тем более что противник предстоял непростой: Суна уязвима только с воздуха, и противостоять атакам Дейдары будет проблематично, как сказал бы этот лентяй Нара. Канкуро тоже нахмурился, прокручивая в голове возможные варианты.
- Я смогу поставить щит из песка над стратегически важными объектами. Ты ведь об этом думал, – негромко и скорее утвердительно, чем вопросительно проговорил Кадзекагэ в сцепленные пальцы, заставив брата слегка повернуть к нему голову и улыбнуться. – Чего ждать от Сасори?
- Чёрт его знает, – буркнул Канкуро. – Не думаю, что он будет распыляться. Они пришли за Шукаку, поэтому пока этот Дейдара будет отвлекать внимание, Сасори попытается подобраться поближе к тебе. И наша задача – не дать ему это сделать.
- Советуешь мне отсидеться в штабе главнокомандующего? – уточнил Гаара, чуть прищурив бирюзовые глаза.
- Настаиваю на этом, – угрюмо кивнул Канкуро.
- Не забывай про субординацию, – напомнил младший брат, приподняв уголки губ в едва заметной улыбке.
- Не забывай про уважение к мнению старших, – парировал кукольник.
- Если бы я всегда прислушивался к мнению старших, мы до сих пор не начали бы эвакуацию. – Он обвёл взглядом присутствовавших в зале старейшин.
- И то верно, господин Кадзекагэ, – ухмыльнулся Канкуро. – И всё-таки не лезь на рожон.
- Допустим, что они будут действовать раздельно, – проигнорировал его фразу Гаара, на мгновение переключив внимание на продолжавшего свою неспешную речь старейшину. – И допустим, что Сасори не собирается помогать своему напарнику разрушать деревню. Тогда сначала нужно как можно быстрее обезвредить подрывника. И скорее всего, это будет сражение в воздухе, так что сделать это смогу только я.
- Так мы сразу раскроем твоё местоположение Сасори, – возразил кукольник.
- Он наверняка знает Суну, как свои пять пальцев, да и мои техники слишком заметные. Нет смысла прятаться. Вам просто придётся сдерживать его, пока я не разберусь с Дейда…
Кадзекагэ не успел договорить, потому что дверь в зал Советов распахнулась, и на пороге появился дежурный чуунин-шифровальщик. Старейшины повставали со своих мест, уставившись на нарушителя спокойствия.
- Что произошло? – спросил прерванный на полуслове Сайджо. – Наверняка пришло опровержение из Конохи. Я же говорил, что нападение – провокация! – Он недовольно поджал губы, так и не дождавшись ответа от чуунина, и собирался ещё что-то сказать, однако схватился за горло и через мгновение осел на пол.
- Вы всегда были слишком консервативны, Сайджо-сан, и не видели прямой угрозы, предпочитая цепляться за старые принципы. За это и поплатились, – послышался от двери холодный голос, от которого по спине Канкуро табуном пробежали мурашки.
Он здесь. После всех тщательных проверок, которые Канкуро устроил, едва смог подняться с больничной койки. После многочасовых бесед, которые он лично провел с каждым, кто имеет доступ к конфиденциальной информации или напрямую общается с Кадзекагэ. После всего этого – шифровальщик. Канкуро чувствовал себя полным идиотом. Обманул. Снова обвёл вокруг пальца. Как мальчишку. Разум накрыло жаркой волной: как же он ненавидел! За то, что хитрее, за то, что умнее. За то, что предал. За то, что чуть не убил. За то, что при этом смотрел так же, как в детстве. За то, что так хотелось его ударить. За то, что так хотелось обнять.
Несмотря ни на что, рефлексы сработали мгновенно, и через секунду Канкуро уже стоял плечом к плечу с раскрывшей боевой веер Темари, заслоняя с обеих сторон поднявшегося Гаару. Верный Баки оказался за спинкой кресла Кадзекагэ, прикрывая тыл. Скорпион молниеносным движением прыгнул в центр круглого стола. Раскрывшие рты старейшины хлопали глазами, уставившись на него, как кролики на удава.
