-Ну, я всегда это делаю издалека, чтобы ты ничего не поняла, хотя ты меня каким-то образом ощущала. Например, две недели назад, когда ты шла домой одна, я шёл следом за тобой, и ты почувствовала меня. Ты резко развернулась, держа в руке нож и спросила: «Кто ты?». Я решил, что ты меня видишь и хотел скинуть заклинания невидимости, но ты, посмотрев свозь меня, повернулась и пошла дальше.
-Так это был ты?! Я так испугалась, что слышу чьи-то шаги, но не вижу, кто идёт. И до этого я тоже слышала и чувствовала, что кто-то рядом. Ну не видя, кто идёт, я начала пить успокоительные. Думала это все на нервной почве.
-Извини, что напугал тебя, - он отошёл от перил и подошел к ней.
-Может, посидим в тени аллеи? - предложила Варя.
-Хорошо, пошли, - с необычайной грацией он пошёл впереди Вари, шагая лёгкой походкой, за ним она кое-как поспевала.
Очень быстро они дошли до аллеи и завернули в самую густую её часть, где стояла скамейка, на которую они присели. Так они молча просидели около пяти минут, но так как Варя терпеть не могла тишину, то решила ее нарушить и поговорить.
-Можно тебя спросить?
-Да, - ответил он тихо.
-Ммм... - Варя подыскивала нужный вопрос, который заставил бы его рассказать о себе как можно больше. - Как ты оказался у учителя?
-Это, очень долгая история, - сказал он улыбнувшись.
-Ты столько времени следил за мной, что знаешь обо мне почти всё, а я ничего о тебе, - настаивала она.
-Только не перебивай, мне нелегко об этом вспоминать, - сказал он напряженно и отвернулся.
-А можно, перед тем как ты расскажешь о себе, я задам вопрос, на который хочу больше всего получить ответ.
-Я был прав ты очень любопытна, - проворчал он и засмеялся, таким звонким смехом, чем вызвал улыбку у нее, - хорошо ты можешь спросить всё что угодно. - Прошептал он и посмотрел ей в глаза, от чего у неё закружилась голова, и участилось дыхание, он продвинулся к ней ближе и положил руку на плечо.
-Ты вампир? - чуть слышно прошептала она.
Внезапно улыбка сошла с его лица, вмиг оно стало серьёзным и непроницаемым, так что было невозможно понять, о чём он думает.
-Как ты это поняла? - только и спросил он холодным голосом.
-Я поняла это сейчас, - всё так же тихо прошептала она.
-И, как ты это сделала?
-Я вспомнила как вчера ты, не прилагая больших усилий, поднял тяжёлый валун и твои руки сейчас холодны как лёд, хотя на улице не так уж их холодно, свежо, но не холодно. Сначала я подумала, что у тебя вегетососудистая дистония, и поэтому холодные руки, но... Поняла, что нет. - Варя не могла оторвать взгляд от его лица, такого прекрасного и такого гневного, хотя он даже в гневе был неотразим.
-А ты догадлива. Вчера распознала оборотня, а сегодня вампира. Ты не боишься, что я тебя прямо здесь убью? Съем? Выпью твою кровь до капли? - зловеще прошептал он.
-Н-нет, - запинаясь, прошептала она. - Я не боюсь тебя. Ты не сможешь причинить мне вреда.
-Почему? - не сдавался он.
-Учитель тебе наверняка поручил меня охранять, а если ты меня убьёшь, тебе явно этого не простят, - спокойно сказала она.
Он усмехнулся, а потом низким бархатным голосом заговорил.
-Ты права, мне дали задание тебя охранять. - Он откинулся на спинку скамьи, запрокинул голову вверх и взглянул на небо, которое едва виднелось, среди листвы черемухи, цветы которой еще не распустились.
-Что ж мы выяснили, кто ты. Может ты, расскажешь свою историю? - не унималась она.
-Хорошо, я расскажу тебе всё, - прошептал он, закрывая глаза.
* * *
-Я родился в 1648 году в Лондоне, в семье кузнеца. Мы жили очень бедно, денег не было постоянно, отец работал, ночами не спал, как и мать. У меня тогда была сестрёнка, её звали Мари, она младше меня была на десять лет, когда наша мать умерла, ей было всего восемь. Это было самое тяжелое время.
Тогда шёл 1666 год, я начал работать, чтобы хоть как-то помочь своей семье, в тот год случился Большой Лондонский пожар. Ты наверно читала о нем в книгах по истории. Жаль, что они не могут передать весь ужас, творившийся там. Сотни людей погибли, запах гари, копоти и горелых тел, я явственно чувствую до сих пор, словно это все было только вчера. Я помню, как пепел кружил в воздухе и забивался в нос. Не было ни воды, ни еды, ничего кроме пепла на губах и горечи во рту. Это был ад на земле. И мы три дня горели в этом аду.
Но перед этим случилось следующее. Моя мать пошла к нашей соседке жене пекаря Тома Фарринера, у него была пекарня на Паддинг-Лейн, возле нашего дома. Она пошла просить, чтобы она вернула нам свои долги, ведь отец изготавливал формы для выпечки в их пекарню, а они так и не расплатились. Жена пекаря, выкинула маму из дома, сказав, что моя мать лгунья и она нам ничего не должна. Мать тогда сгоряча сказала: «Что б сгорела, и ты и твои чёртовы деньги!» Это была роковая мамина ошибка, потому что вскоре после полуночи в воскресенье, 2 сентября начался пожар. Сгорело всё и наши вещи, и дом, и инструменты отца. Как и у всех наших соседей, знакомых и друзей. Мы стали теми нищими, что жили под мостом, но тогда наши беды только начинались
