Тот заметно вздрогнул, но ничего не сказал. И тут Хорнбори решительно отстранил Торина и шагнул к пленному. Фолко удивился – никогда еще велеречивый и степенный Хорнбори не имел столь величественного и властного облика. Он поднял правую руку, и золотой ободок кольца сверкнул подобно небольшому язычку пламени, вдруг впрыгнувшему в руку гнома. Секунду Хорнбори глядел в упор на орка, а затем тот медленно и с усилием заговорил. Гномы изумлённо переглянулись. Орк говорил на всеобщем языке, но плохо, хоббит понимал его с трудом.
Отвечая взявшему допрос в свои руки Хорнбори, орк хрипло и растерянно поведал приумолкшим гномам, что его соплеменники пробились в Морию силой, когда она уже была покинута её старыми хозяевами; тут им пришлось столкнуться с орками другого племени, пролезшими сюда ещё при последних гномах, – между племенами началась вражда. С искривившихся губ пленного срывались неразборчивые проклятия в адрес этих врагов; он ненавидел их едва ли не больше, чем гномов. На вопрос же Хорнбори, откуда они взялись сами и откуда те орки, что противостоят им, пленник ответил, что его род – из тех, что служили когда-то великому магу и чародею, чьё имя теперь помнят лишь старейшины; этого давно умершего, к несчастью, повелителя они называли Белой Рукой. Фолко сразу встрепенулся.
Орк рассказал ещё немало интересного о том, как немногие его сородичи, уцелевшие в огне последней войны, укрылись в ущельях и долинах Туманных гор; как люди охотились на них, точно на зверей; как пришли вести о том, что Белокожие перебили до последнего всех орков, пытавшихся укрыться на Севере; тогда его сородичи решили попытать счастья в подземельях… Гномы узнали также, что сюда, в Морию, прорвалось почти семь тысяч орков-бойцов и вдвое больше их женщин, стариков и детей.
Фолко дёрнул Хорнбори за рукав и шепнул ему на ухо несколько слов; гном изумлённо поднял брови, но всё же задал подсказанный хоббитом вопрос. Ух, как задёргался, как завращал глазами орк! Но деваться ему было некуда, какая-то сила заставила его говорить, и он выдавил из себя, что да, с незапамятных времён в его народе – среди тех, кто служил Белой Руке, – укоренился обычай похищать женщин из человеческих поселений, чтобы смешивать кровь орков с кровью свободных от изначального служения Тьме людей. На многих гномьих лицах появились гримасы омерзения.
Они узнали также, что Сарумановы орки не перевелись ещё в окрестностях Исенгарда; но там опасно, очень опасно – лесные чудища ловят незадачливых, и горе тому, кто попадётся на глаза ожившим дубам и грабам Фангорна! Они не знают пощады, и управиться с ними невозможно – они обладают исполинской силой и неистребимы. На вопрос же, где берут еду укрывшиеся в Мории орки, пленник с трудом выдавил, что они по-прежнему живут разбойными нападениями на деревни по обе стороны гор; они, однако, избегают сжигать поселения и творить большое зло – иначе явится либо королевская конница Рохана, либо дружины меченосцев из государства Беорнингов; орки стараются просто брать выкуп, как следует напугав трусливых поселян. Однако их враги, горные орки, проклятие на их головы, на весь их род до двенадцатого колена, точно безумные, грабят, жгут и убивают; и вот-вот начнётся большая война. Они остерегаются приближаться к ужасному Эльфийскому лесу, что к востоку от Мории, – ходят за добычей на Север, по долине Андуина. Но, возможно, скоро всё переменится…
– Что же именно? – поинтересовался Хорнбори.
Орк весь скривился, судорожно пытаясь зажать рот сам себе, но слова помимо его воли продолжали вылетать из его рта.
– Подземелья теперь наши, – хрипел орк, – это место для нас. Багровая Тьма вновь владеет Нижними… Люди на севере ищут нас, и мы ходим с ними на Южный тракт и на Западный тоже. Скоро придёт конец проклятым эльфам. Вернётся хозяин… И будет бой, и мы ещё посмотрим, мы ещё покажем всем – и проклятым горным червям из пещер Туманных гор, и Белокожим убийцам! И то, что внизу, свяжет всё… и мы будем вместе…
Глаза его закатились, голова упала на грудь. Хорнбори поспешно нагнулся к нему, затем развёл руками.
– Всё! Грохнулся без чувств. – Он сел к костру. – Ну как вам это нравится, тангары? Багровая Тьма на Нижних ярусах! Люди на Севере! Да еще и «хозяин»… Что будем делать дальше?
– Ничего мы здесь не сделаем, – обречённо махнул рукой Вьярд. – Уходить отсюда надо, пока целы…
– Ну уж нет, – зашипел Дори. – Багровая Тьма, говоришь? Пока сам не увижу, никуда не уйдём! Конец проклятым эльфам – чуешь, куда замахнулся? Не-ет, нужно идти вниз. Пусть здесь хоть семь тысяч орков, хоть семьдесят семь – нельзя уходить, пока всё не поймём. Я предлагаю – немедленно вниз. Там видно будет.
– А с этим что? – хмуро бросил Торин, кивая на орка. – Глянь, кажется, в себя приходит, глазами моргает.
– Что за Багровая Тьма? Почему «конец эльфам»? – строго спросил у орка Хорнбори, вновь поднимая руку с кольцом.
– Идёт То, Что Спало в Глубинах… – прохрипел орк. – Приходит их Час… И мы идём за ними… хотя мы уже почти на треть люди…
