– Да, до меня доходили скупые и недостоверные слухи об этом, – медленно заговорил хронист. – Как правило, сведения поступали от проезжавших через Пригорье, но они были туманны и разноречивы. По сути, вы – единственные свидетели, видевшие всё это до конца! Однако старые летописи Дунаданцев гласят, что ещё до Войны за Кольцо к югу от Поля Могильников существовали какие-то полузабытые поселения странного народа, очень немногочисленного. Он никогда не пытался заключить союз или хотя бы наладить торговлю с Пригорьем. С людьми этого народа сталкивались Следопыты, настоящие Следопыты Севера. Эти поселяне иногда помогали им выслеживать прислужников Тьмы, но, по-моему, делали это больше из страха или корыстолюбия – они требовали плату за свои услуги. Их было очень мало, я уже говорил, и дунаданцы презирали их. После победы люди стали быстро осваивать и распахивать все пригодные для этого земли, кольцо арнорских деревень стало быстро сжиматься и вокруг Могильников, и неведомый народ поспешил уйти из этих мест. Никто не знает, куда они сгинули, погодные записи не содержат каких-либо упоминаний о столкновениях с ними. Они ушли сами. Конечно, связи с увиденным вами пока никакой, но больше я ничего рассказать вам не могу. Будет лучше, если вы поведаете мне как можно более подробно всю вашу историю!
Торин, Фолко и Малыш, перебивая друг друга, принялись рассказывать о таинственном доме на северной стороне и обо всём, что они там нашли и увидели. Сатти только успевала окунать перо.
– Удивительно и непостижимо, – промолвил внимательно выслушавший их хронист. – Но городская стража обо всём знает, и это как-то успокаивает. Да… кусочек Обманного Камня светится так же, как будто находится на Кургане! Значит, есть какая-то связь между ним и теми, что высятся на вершинах Могильников. – Теофраст поднял опустившуюся было голову. – Я благодарю вас за поистине бесценный рассказ. Он будет занесён во все анналы, уж я постараюсь.
– Почтенный, а не знаете ли вы кого-нибудь из друзей или приближённых этого Олмера? – продолжал напрямую задавать вопросы Торин, и Фолко вновь заметил тень удивления на лице хрониста.
– У него много собратьев по профессии, – ответил Теофраст, но не слишком охотно. – Это отчаянный и бесшабашный народ, не очень-то чтущий законы. Им многое прощается – золота в Средиземье мало, почти всё оно – в руках ваших соплеменников, почтенные гномы, и люди сейчас заняты разработкой золотых россыпей и скудных поверхностных жил. И они говорят, что у вас бывают стычки с ними?
– Да не жилы они ищут! – вдруг встрял в разговор возмутившийся Малыш. – Не жилы они ищут, а наши кладовые, что поближе к поверхности. И, бывает, докапываются. Правда, мало кому из таких счастливчиков удаётся выбраться. Вот, к примеру, не так давно…
– Погоди, Малыш! – резко прервал товарища Торин с досадливой гримасой на лице. – Они ещё ищут и наши старые запасы, о которых гномы уже и сами забыли в чудовищном водовороте последней войны. А насчёт остального, что схватываемся, бывает…
– Ну, ну, не будем сейчас обсуждать это, – примирительно поднял руку Теофраст. – Кстати, ваши слова навели меня на интересную мысль: так вот почему Олмер так настойчиво интересовался у меня всем, что касается Небесного Огня!
Фолко замер, не в силах двинуться; однако Теофраст не заметил этого и продолжал:
– Я догадывался, что Олмер не совсем обычный золотоискатель. Мне казалось, что его больше интересуют старинные клады – отсюда его вопросы про Могильники: там ведь, согласно поверью, зарыты огромные богатства королей прошлого – отсюда и Небесный Огонь. По бытующему среди охотников за жёлтым металлом поверью, зарытое под землю золото притягивает к себе Небесный Огонь, чаще всего ударяющий именно в такие места. Да, теперь понятно, а я-то ломал голову!
Теофраст покивал с лёгкой усмешкой, как человек, решивший долго казавшуюся очень сложной задачу.
– А Небесный Огонь – это что такое? – снова влез Малыш, очевидно, успевший выспаться за первую часть их беседы.
– Небесный Огонь, – терпеливо пояснил Теофраст, – это очень редкое и удивительное явление. В ясные звёздные ночи, а иногда и днём, небосвод внезапно прорезает бесшумная огненная стрела. Её видно бывает во всём Арноре, но определить, куда она попала, очень трудно. Говорят, что это – отгоревшие своё звёзды, а может, и нет, не знаю. Так считают эльфы… Обычно появление Небесного Огня означает начало или же, наоборот, завершение каких-либо важных событий, затрагивающих всё Средиземье. Так было, например, сразу после смерти Великого короля и незадолго до его воцарения. Старые хроники утверждают, что Небесный Огонь видели в год гибели последнего короля Гондора Третьей Эпохи, после которого править Минас-Тиритом стали наместники, линию которых ныне продолжают потомки славного Фарамира, сына Денетора, владельца замка Эмун Арнен. Можно привести ещё примеры.
– И что же, от них не остаётся никаких следов? – продолжал допытываться Малыш.
