Туннелонец подлетел совсем близко. Полы его длинного плаща летели над камнями мостовой, не касаясь их. Магическое существо казалось сгустком лунного света, я видел сквозь него перила моста. Похоже, туннелонец, и в самом деле, не полностью воплотился в нашем мире — он принадлежал двум мирам одновременно. А может, и не двум — кто знает, сколько миров оставило за своей спиной это существо.
— Ты знаешь, кто мы? — спросил туннелонец.
Мы стояли лицом к лицу, но под глубоким капюшоном я не мог разглядеть ничего, кроме темноты и светящихся фиолетовыми угольками глаз.
— Я читал о вас в древней книге, — ответил я. — Вы занимаетесь алхимией и ищете Огненного Скакуна. По его следам вы пришли в наш мир. К сожалению, ваш помощник нарушил законы нашего мира. Зелья, которые вы ему дали, принесли вред. И я хочу это исправить.
— Ты можешь нам помочь, — неожиданно заявил туннелонец. — Я знаю, что ты встречался с Огненным Скакуном.
— С чего ты это взял? — изумился я.
— Я чувствую его запах, — объяснил туннелонец. — След магии Огненного Скакуна. Мы хорошо чувствуем следы магии, поэтому и умеем работать с магическими настоями и отварами.
Он повернулся к своим. Это выглядело так, словно сгусток светящегося тумана перетекал и клубился на ветру.
Я почувствовал, что туннелонцы о чем-то говорят между собой, но услышать их разговор не мог. Они общались не просто на другом языке, а в каком-то другом измерении. Словно звуки их разговора остались в том мире, откуда пришли эти странные существа.
Впрочем, это не сильно волновало меня. Куда больше беспокоили слова туннелонца, обращенные ко мне.
Я встречался с Огненным Скакуном? Где и когда это могло случиться?
Только одна версия крутилась в голове. Я сегодня был на конюшне и видел Мальчика. Неужели Мальчик и есть Огненный Скакун, которого ищут эти невероятные существа? Да ну, ерунда какая-то! Или не ерунда?
Я вспомнил слова Библиуса о том, что магические существа — это само воплощение магии. А магия всегда находит то, что ей нужно, самыми невероятными путями.
Очень похоже, что так оно и есть.
Теперь все туннелонцы окружили меня. Мне показалось, что я стою среди сполохов холодного лунного пламени.
— Ты поможешь нам найти Огненного Скакуна? — снова спросил туннелонец.
— Подожди, — остановил я его. — Я искал вас не за этим.
И снова встряхнул Колокольчик Бдительности, отгоняя сонливость. Переливающийся облик туннелонцев завораживал и заставлял глаза слипаться.
— Ты очень странное существо, — задумчиво сказал туннелонец. — Тайновидец? Ты умеешь разгадывать тайны?
— Обычно это у меня получается, — улыбнулся я.
— Расскажи, чего ты хочешь от нас?
— Для начала я хочу услышать от вас, зачем вы пришли в мой мир. Древняя книга рассказала о вас совсем немного.
— Ты не хочешь заснуть? — вежливо спросил туннелонец. — Тогда я мог бы показать тебе все прямо в твоем сознании.
— Благодарю за предложение, но я предпочитаю бодрствовать, — улыбнулся я.
— Присядем, — предложил туннелонец.
И опустился прямо на мостовую, лицом к перилам, свесив ноги над быстро текущей невской водой.
Я сел рядом с ним.
— Какой замечательный мир, — пробормотал туннелонец, глядя в темноту. — Молодой, живой, полный магии.
— Разве у вас не так? — поинтересовался я.
— В том-то и дело, что нет, — вздохнул туннелонец. — Магия уходит из нашего мира. Вернее, уже ушла. Остался только ее след, и он тает, как ночной туман под солнечными лучами.
— Как это получилось?
— Огненный Скакун. Великолепное магическое создание, живое воплощение магии. Он появился в нашем мире, когда магия была в самом расцвете. Какие только чудеса не происходили тогда! А потом Огненный Скакун исчез. Он был слишком силен, слишком любопытен, и не мог долго оставаться на одном месте. Отправился исследовать другие миры. А вместе с ним ушла магия. Осталась только красивая легенда, в которую почти никто не верил. И наш мир стал медленно умирать.
Тихий голос туннелонца завораживал. Я почувствовал, что снова засыпаю и машинально позвонил в колокольчик. Прячущееся под мостом эхо усилило звук, вернуло его, и я взбодрился.
Одновременно я покосился на туннелонца. Мне показалось, или он стал более материальным? Я видел, что его глубокий капюшон соткан не из лунного света, а из плотной ткани.
— Знаешь, что случается с миром, когда из него уходит магия? — спросил меня туннелонец.
— Нет, — ответил я.
— Мир становится слишком рациональным и предсказуемым. Чудеса уступают место обыденности. Растения утрачивают магические свойства. Обитатели мира забывают свое могущество и теряют его — день за днем, капля за каплей. В конце концов они становятся обычными существами из плоти и крови. Вместо магической легкости в их душах селятся тоска и разочарование. Они даже не помнят, о чем тоскуют. Тоска превращается в злость, в жажду разрушения. Это очень больно, Тайновидец — не помнить о своей магической природе, но каждый день тосковать о ней.
От тихого голоса туннелонца у меня по спине побежали мурашки.
— Но ты все помнишь, — сказал я. — И ты не похож на существо из плоти и крови.
