Брантнер сидел в кабинете и тщательно записывал свои наблюдения. Иногда бывало и так, что они шли в раскос с собранными уликами и представлениями его коллег. Вот и сейчас он обдумывал, как две хрупкие девушки смогли убить такое количество народа. У него на столе лежала схема костела, где были обозначены трупы и место положение убийц. Что-то не сходилось. Прихожане должны были заметить в костеле кучу народа в черных балахонах. А по свидетельским показаниям, все происходило совсем по-другому. Не было выстрелов. У «черных балахонов» не было обнаружено оружия. Но почему девушки искромсаны вдоль и поперек? По словам одной старушки, убийцы сначала выстрелили вверх, разгребли скамейки, заставили собраться в одном месте прихожан; им навстречу вышли люди в балахонах, завязалась драка. При осмотре костела не было обнаружено ни огнестрельного оружия, ни следов от него. Что это был за выстрел? Да и был ли выстрел? А одна девочка говорила, что «черные балахоны» набросились на девушек и те были вынуждены драться с ними на ножах. «Вот в эту версию можно поверить», — подумал он. — «Это больше похоже на правду. Но где ножи? И как все это происходило?» Размышления Дитера прервал телефонный звонок. Он неохотно взял трубку.
— Добрый день, лейтенант Брантнер, — звонил городской медицинский эксперт.
— Здравствуйте, господин Дин, — обрадовался Дитер. — А я все жду Ваш отчет.
— Отчет? Зачем же его ждать, если я послал его Вам еще вчера.
— Вчера? Вы в этом уверены? Я ничего не получал. Вы отправили его обычной почтой?
— Нет, ну что Вы! Я отправил его к Вам со специальным курьером. Кроме того, у меня есть Ваша подпись, что Вы его получили.
— Ничего не понимаю. Я не видел отчета и, тем более, не расписывался за него.
— Вот так дела! Самое интересное в том, что копии отчета хранились у меня компьютере. А сегодня ночью жесткий диск пришел в негодное состояние. Я подозреваю, что это дела компьютерных воришек.
— Это более, чем удивляет. Господин Дин, а вы помните что содержалось в Вашем отчете?
— Ну, конечно же, лейтенант Брантнер! Причем, очень хорошо помню. Это могли бы быть замечательные исследования. Насчет тридцати двух тел; они мертвы, но их клетки регенерируются! Это просто потрясающе! Помимо этого, тела в отличном состоянии. Я имею в виду, что они были абсолютно здоровы. Такое чувство, что они совсем недавно родились.
— Очень интересно…
— Интереснее другое. Те две девушки, которых Вы арестовали, также здоровы. Их раны залечиваются почти моментально. Тело чинит само себя. Мне бы хотелось провести с ними дополнительные исследования.
— Не думаю, что сейчас это возможно. Спасибо за информацию, господин Дин.
Дитер повесил трубку и уставился на телефон. Отчета эксперта он не получал. Но он точно знал, что кто-то за него расписался. Простое дело становилось все запутаннее. Где-то внутри тоненький голосок подсказывал, что ему придется здорово поработать, причем в поте лице. Перед глазами почему-то возникло лицо матери. Она качала головой и просила оставить это дело. «Отступи. Это принесет немало неприятностей. Чем больше ты копаешь, тем глубже твоя могила. Они заберут тебя», — шептала умершая госпожа Брантнер. Дитер судорожно сглотнул. Такие видения были у него крайне редко. Сегодня же ОНА говорила с ним. «Кто эти ОНИ?» — спрашивал он себя. — «Куда заберут?» На его лбу проступила испарина.
Брантнер достал из кармана окровавленный клубок ниток, переданный ему раненой девушкой. Его мучил вопрос, что это такое, и почему она отдала это ему. «Это просто нитки», — подумал он. — «Но почему она была так серьезна?» Свидетельские показания бывших заложников еще сильнее запутывали ход его мыслей. Одни говорили, что убитые сами нападали на девушек. Другие — с точностью до наоборот. Одна старушка сообщила одно странное слово «Варнелиус». «Все очень сложно», — вздохнул полицейский. — «Но я хочу раскрыть это дело. Надо допросить арестанток. Они, наверняка, еще в больнице».
Дитер не успел подняться со стула, как дверь с шумом открылась. В кабинет влетел, как ураган, Риз и плюхнулся на свой стул. Растрепанный вид и ожесточенные черты лица лейтенанта говорили о том, что сегодняшнее утро он провел не весть как плохо.
— Дит, у меня есть хорошая новость и плохая. Какую сообщить первой? — выложил Эндрю.
— Сначала плохую, — сказал Дитер.
— Плохих несколько, — покачал головой Риз и растер виски. — Во-первых, все тридцать два тела бесследно исчезли из морга.
— Как исчезли? А камеры наблюдения? — Дитер не хотел верить в происходящее.
— Вот так, просто исчезли. А камеры наблюдения в эту минуту, как назло отключились, — развел руками Эндрю.
— Что еще? — с замиранием сердца спросил Брантнер.
— Одна девушка мертва, — тихо сказал Эндрю.
— Какая? — Дитер чуть не подпрыгнул на стуле.
— Которая рыжая, — уточнил Риз.
— Как это произошло? — незаметно для себя с облегчением спросил Дитер.
— Ее убили. Воткнули нож в грудь. А ножичек интересный — в виде христианского креста. Только на нем изображена весьма занятная особа в балахончике с большим топориком. Похоже это ритуальное убийство.
