Элизабетта полностью

Она и сама не понимала что привело ее к созданию Царства. Память тех лет прочно заплутала меж трех деревьев. «Царская болезнь» разрушила ее воспоминания. Кое-какие обрывки то и дело всплывали в голове. Единственным целым воспоминанием было о Марселе, городе во Франции. «Бывшей Франции», — поправила себя Лиза. — «Теперь он находится под водой на территории Объединенной Южной Европы. Именно там Лоли, моя хранительница, обучала меня искусству восстановления тел. Первые дни были похожи на ночной кошмар. Собственно, ночью мне действительно снились кошмары». Она сильнее сжала руку Майкла и подавила невольный приступ тошноты.

Дорогой Варнелиус!

Весь мой мир разваливается на мелкие кусочки. А у меня нет клея, чтобы вернуть ему первоначальный вид. У меня погибла подруга. Моя коллега мертва! В буквальном смысле. Навсегда! Ее поразила наканаларийки. Мне рассказывали, что раньше ею воскрешали даже давно умерших. В этот раз не случилось чуда. Накана принесла моей подруге смерть и прах. А может быть это была не настоящая накана? Но нет. Я больше никогда ее не увижу. Это катастрофа!

Я не представляю, как такое высокоразвитое Царство как Анжения, не может вернуть к жизни мою подругу! Я в полной растерянности.

Меня допрашивали. И мне не верят. Эти люди не умеют читать мысли. У меня такое чувство, будто мое сердце грызет стая голодных волков. Почему для меня так важно, чтобы этот полицейский поверил моим словам? В какой-то момент мне показалось, что он похож на тебя, Варнелиус.

Я видела наблюдателя. Оказывается, они живут по всему миру. Удивительно, как они похожи на людей! Впрочем, все мы дети Земли, за редким исключением и других миров. Вот только, я думаю, что мне его соседство не поможет. Мне надо бежать. За мной скоро придут. А одна важная вещь по-прежнему остается в руках чужого человека.

Навсегда твоя любящая сестра,

Амма.

Ночь незаметно опустилась на Мадри, поглотив остатки догорающих ярко-красных солнц-близнецов. На небосводе вступила в свои права три молочных луны похожие на начищенные до блеска серебряные тарелки и начала остужать раскаленный песок. Послышались едва уловимые звуки — маленькие ночные существа выходили на охоту.

Блуждающий горячий ветер пустыни коснулся лица Амма. Кто-то издалека позвал ее по имени. «Но это невозможно!» — воскликнула она. — «Никто в отряде не знает моего настоящего имени». — Девушка вздрогнула и накинула охлаждающий плащ. На мгновение она закрыла глаза. — «Должно быть это от жары. Я просто сегодня перегрелась. Скоро все пройдет».

Даже в ночное время суток на планете было жарко. Две яркие звезды без названий, похожие на солнца, вокруг которых вращалась Земля, нещадно палила днем. А ночью по очереди восходили три маленькие луны, которые тоже давали тепло. Мадри немного охлаждалась лишь тогда, когда луны садились за горизонт, а солнца еще не успевали взойти, или же когда солнца опускались, а луны не успели показаться все вместе на небосклоне. Прохладно было в только чудом уцелевших храмах местных богов. Радовало одно, что сезон муранов закончился.

Амма открыла глаза. Она сидела на горячем песке и смотрела вдаль. Вдали по песку снова шел воин-призрак Шийярра. Его длинные и черные, как смоль, волосы были спутаны и развевались на ветру. Мощный когда-то торс сгибался от боли. Его силы были на исходе. Каждый раз падая, он снова поднимался и шел дальше. Девушка наблюдала за каждым его движением. На ветру развевались его полупрозрачные одежды. Из невидимой раны сочилась кровь. Она падала на песок и растворялась в нем.

Кто-то тронул Амму за плечо. Девушка обернулась. Это был Гуаяко. Он был мрачен.

— Пора заняться тренировками, — тихо сказал мужчина и показал в сторону лагеря.

— Но уже наступила ночь, — запротестовала Амма, кутаясь в плащ. — Я устала.