Юго-восточный, по-весеннему ласковый ветер несмелыми порывами набегал с левого борта. Паруса выстроились по диагонали, но корабль едва двигался. И странно, что вообще перемещался, при практически встречном ветре! Солнце еще не достигло зенита, и по ощущениям было не больше одиннадцати утра. Заложив руки за голову, я сладко потянулась, улыбаясь теплым лучикам на щеках. В глазах навязчиво застыли цветовые пятна, но, укрывшись в тени косого паруса, мне удалось разглядеть впереди необычную картину: взрослый мужчина и семилетний мальчишка, вооружившись кофель-нагельными «скалками», носились по баку, изображая ожесточенный бой. Хотар довольно ловко уворачивался и даже освоил пару сложных пируэтов. Элгар хохотал, пропустив пару ударов, чтобы мальчишке не стало скучно. Оба светились беззаботной радостью, совершенно забывшись в игре. Но Хотар, кажется, все же успел заметить краем глаза мое присутствие, и это так его вдохновило, что круговой пируэт с выходом в контратаку наконец-то был выполнен. Да так идеально, что бедный Элгар, совершенно не ожидавший такой прыти от мальчишки, получил-таки дубинкой под ребра! Выпустив из груди сдавленную нервную усмешку, парень схватился за бок, но растянул азартно-одобрительный оскал и мастерски отыграл «умирающего лебедя»: распростер руки и рухнул на палубу.
— Уна! — не досмотрев его представления, счастливый Хотар подлетел ко мне, — Ты видела?! Видела?!
— Дааа, — с улыбкой встретила я радостного мальчишку, — Из тебя выйдет настоящий воин, Хотар, — без тени иронии заметила я, — Сильный, доблестный и бесстрашный защитник… — я запнулась, встретившись глазами с Элгаром. Заметив меня, парень испуганно поднялся на ноги и мгновенно перестал светиться. Его лицо и вправду приняло зеленоватый оттенок бескрайней тоски. Он молчал, но умолял о прощении, — Ты будешь хранить честь и достоинство. Правда, для этого… придется тебе подыскать другого учителя, — закончила я, не моргнув, глядя Элу в глаза, потрепала Хотара по макушке, повернулась на каблуках и побрела прочь, с чувством того самого достоинства.
Но Элгар и остатков своего не сохранил — бросился за мной, едва я двинулась с места.
— Уна, подожди! Пожалуйста, дай мне минуту! Выслушай…
Он поравнялся со мной, я обернулась… обдав наглеца таким презрением, что Эл на мгновение забыл, о чем и зачем меня упрашивал. Я же не в силах была сдержать омерзения, глядя на его театральные муки. «Выслушать?! Какой в этом смысл?.. Позволить тебе снова оплести меня своей паутиной, чтобы на утро проснуться по горло в липкой слизи? Даже не вздумай…»
— Боже, о чем ты?.. — растерянно пробормотал он, попытался взять меня за руку, — Все совсем не так…
— Не смей! читать меня… — отступив на шаг, прошипела я, — И прикасаться не смей. Лживая тварь. Иди, найди ту длинноногую курву и развлекись, вместе со своим похотливым дружком! А меня оставь, наконец, в покое!
Я быстрым шагом покинула бак, а оторопевший Элгар так и остался стоять посреди палубы, провожая меня скорбным взглядом, то ли не рискнув преследовать дальше, то ли вовсе утратив желание вымаливать прощение у такой строптивой сучки, как я. Мне было плевать, что Эл подумает. Главное — наконец, отстал, и больше не нужно было на него смотреть. Ведь это оказалось невыносимо больно. Смотреть, чувствовать, что он рядом, и понимать, что это уже не тот заботливый, ласковый Элгар, к которому меня так тянуло. То была лишь маска, и в эту реку дважды уже не войти, ведь я всегда буду знать, каков этот «ангел» на самом деле, и что за расчетливая, холодная тварь у него внутри. Раскаяние казалось искренним, но на девяносто процентов было всего лишь талантливо обыграно. Однако, сомнение сжимало мое сердце, а перед глазами так и стояла трагичная мина растерянного Элгара. «Черт! Взял и загадил утро. Сволочь! Нет бы угомониться. Ну не вышло, обломилось, не дала девка, уловила развод. Так нет! Зараза… Надо добить!»
Решив воспользоваться отсутствием Эла, я заглянула в его каюту, чтобы забрать свои вещи. Одинокий масляный фонарь освещал лишь угол Хотара, и когда я прошмыгнула в темноту, по памяти отыскивая кресло, то едва не вскрикнула, заметив движение. В постели явно кто-то дрых! Возмущение взяло верх над страхом и стыдом. Я шагнула к кровати… и выдохнула, выпуская с нервный смешок.
— Эй… Привет, — заспанным хрипловатым голосом донеслось из сумрака.
— Привет, Аксан. Прости, что разбудила, — виновато улыбнулась я, — Не знала, что ты здесь.
— Не стал тебя тревожить. Эл вошел в мое положение. Даже парнишку увел… Да и самому ему, похоже, не до сна.
— Ты что, говорил с ним? Говорил обо мне? — натягивая высохший жакет, раздраженно нахмурилась я.
— Слушай, я действительно давно его таким не видел, — приподнимаясь на руках, проникновенно понизил голос вампир.
— Значит, в этот образ маэстро давно не вживался, — фыркнула я, закидывая лямку ножен через плечо.
— Зачем же ему играть, когда тебя нет рядом?.. — упрямствовал Аксан.
