– Не надо, я справлюсь. – Обрываю его.
Он смотрит на меня, и, сама не знаю почему, у меня возникает такое ощущение, будто он несет на плечах всю тяжесть мира.
– До свидания, дорогая, – он мягко целует меня. Я тянусь к нему, в этот поцелуй, а он отстраняется. – Увидимся завтра.
Киваю и не успеваю ничего ответить, как он уже снова в машине и дверца захлопывается.
Я волоку чемодан через улицу. Машина отъезжает. Хмуря брови, смотрю, как она исчезает вдали.
Что это было?
Втаскиваю чемодан по лестнице, открываю входную дверь в квартиру.
– Привет! – говорю нарочито громко. – Я вернулась!
Тишина.
Мои плечи уныло опускаются.
– Отлично, еще и дома никого нет, – вздыхаю я и принимаюсь, отдуваясь, втаскивать чемодан на второй этаж.
Ну что ж, наверное, побыть наедине с собой пойдет мне на пользу.
Я этого так давно не делала!
Втираю в волосы лечебный бальзам, накладываю на лицо маску, заказываю доставку ужина. Улыбаюсь, оглядывая свою маленькую спаленку.
Одна ночь без Эллиота Майлза меня не убьет.
Уже поздно, и я лежу без сна в темноте.
Сегодня написала Эду, когда вернулась домой, но он пока не ответил.
Эллиот тоже не звонил, чтобы пожелать спокойной ночи. Это на него не похоже, он обычно такой внимательный.
Очень странно.
У него что-то случилось? Он куда-то собрался?
В животе муторно, словно случилось что-то плохое, только я не знаю что. В смысле, он сегодня был несколько холоден и уклончив, но не настолько, чтобы обосновать эту тревогу.
Может быть, интуиция что-то пытается мне сказать?
Телефон коротко переливчато звякает, прислав оповещение, и я улыбаюсь. Эд.
Выскакиваю из кровати, хватаю телефон и щелкаю выключателем настольной лампы.
Привет, Пинки.
Извини, что не писал тебе пару дней. Был в отъезде, навещал семью.
Как ты?
Улыбаясь, отвечаю:
Все нормально, скучала по тебе.
Расскажи мне о своей поездке.
Скоро приходит его ответ.
Поездка была невероятная, Кейт ездила со мной и познакомилась с моей семьей. Хотя мне следовало насторожиться, видя, что все идет слишком уж гладко.
По спине ползет холодок.
Неужели что-то случилось?
Вчера ночью я получил письмо. Я наконец нашел ту художницу, которую искал.
Облегченно улыбаюсь. Здорово-то как! Он ее нашел!
Меня переполняет радость за него.
Так это же потрясающе!
Вовсе нет.
Она – не старуха, как я думал, она молода и красива.
И свободна.
Хмурюсь. Что это значит?
Читаю дальше:
Я знаю, кто она, видел ее на аукционах и каждый раз хотел догнать, чтобы пригласить на свидание. Я всегда чувствовал, что она – та, с кем мне суждено встретиться.
Я искал встречи с ней, даже однажды заставил братьев погнаться за ней.
А теперь выяснилось, что это ее картины взывали ко мне так долго…
Боюсь, судьба решила настигнуть меня как раз тогда, когда я нашел женщину, которая делает меня счастливым.
Нет.
Погоди-ка…
Снова перечитываю последнее сообщение, и сердце у меня сжимается.
Хватаюсь за голову; нет, не может быть, чтобы это было на самом деле!
Не-ет!
Ты думаешь, что эта женщина, художница, – твоя судьба?
Я не хочу жить с вечными сожалениями. Я не могу отмахнуться от этого и всегда жалеть о том, что не поехал к ней и не выяснил, что могло бы быть между нами. Эта женщина была в моем сердце задолго до всех остальных.
Слова расплываются, слезы туманят мое зрение.
А как же Кейт?
