– Один, как ты сам знаешь, «фарун» – фальшивка, ее выковали, чтобы притянуть и впитать в себя свойства оригинала. Он крадет души не только людей, но и мечей. Что-то вроде зеркала – впитывает суть тех вещей, что в нем отражаются. Не сомневаюсь, что для тебя его создала Миггея. Только аристократ из Высших Миров мог выковать такую вещь. Как же глупо, что я не предвидел столь сложного чародейства. Так вот как вы двое обманули Элрика. Отобрали мои силы, затем силы меча, а после и сам меч. Я нарекаю второй меч «Обманкой» и требую, чтобы ты вернул украденное. Ты победил меня обманом, кузен, словами и иллюзиями.
– Ты всегда отличался горячностью, кузен. Я рассчитывал на то, что ты не сможешь отказаться от вызова.
– Больше такой глупости не совершу, – пообещал я.
– Мы еще поглядим, кузен, поглядим. – Он рассматривал Равенбранд, затем перевел взгляд на Буреносец, словно прикидывая, что случится, если два клинка встретятся в бою. – Так ты говоришь, что существует лишь один меч, и все же…
– Лишь один, – подтвердил я.
Он понял, к чему я клоню. Он не учился так, как я, и не обладал моими способностями и знаниями, но познания его учителей превосходили всю мою премудрость. И все же он был впечатлен. Смотрел почти с восхищением на лице.
– Мощное чародейство, – сказал он. – И умная стратегия. Ты ведь не ожидал помощи?
– Как скажешь, кузен.
Мне не хотелось пускать в ход клинок. Я понятия не имел, чем это может закончиться. Ощущал вокруг себя необычное сверхъестественное движение, невидимое, но проявляющееся. Неминуемость чародейства. В такой ситуации понимаешь: ты лишь пешка в игре Владык Высших Миров (по мнению некоторых, они являются нами же в самом могущественном и безумном состоянии). Я взял себя в руки. Медленно, опираясь на привычки фон Бека и Элрика из Мелнибонэ, я распростер свой разум во все сверхъестественные миры, которых мог коснуться, и ощутил неожиданное присутствие друзей и могущественных врагов.
Ответ Гейнора потонул в громком горестном вое, доносящемся из костяной крепости. Он удовлетворенно рассмеялся.
– Богиня несчастна, – торжествующе произнес он. – Старая, печальная волчица. Заложница своих собственных сил. Что за ирония!
– Это ты с ней сделал?
– Я все организовал, кузен. Даже я не могу контролировать Герцогиню Расстояний и обитательницу Высших Миров. – Он помолчал и скромно добавил: – Я лишь помог. Немного.
– Помог с чем? Кому?
– Ее старому врагу. Герцогу Ариоху, служителю Хаоса.
– Ты же служишь Закону! Ариох – мой покровитель!
– Иногда подобные союзники весьма удобны, – пожал он плечами. – Герцог Ариох вполне разумный тип для Владыки Ада. Как только стало ясно, что моя покровительница окончательно обезумела, я заключил сделку с Хозяином Энтропии и пообещал, что доставлю ее прямо ему в руки. Так и сделаю, как только представится возможность с ним встретиться. Обмануть ее, принц Элрик, оказалось еще проще, чем тебя. Бедняжка окончательно впала в маразм. Совсем не соображает. Славы своему делу она не принесет. Лишь поражение. Пришлось спасать доброе имя Закона. Пора уже отпустить ее на заслуженный отдых. И последователи ей больше не нужны. Так что они стали ее обителью. Она думала, что отправляется на остров Морн…
– Похоже, ей тут не слишком нравится, – рассудил Мунглам. – Ведет себя так, словно вы держите ее в тюрьме.
– Ради ее же блага, – отозвался Гейнор. – Она опасна и для себя самой, и для остальных.
– До чего ж у тебя благородные цели, – съязвил я. – А под шумок ты украл у нее меч, за который она сражалась со мной.
– План был мой, так что и меч мой, – отрезал он. – Ей принадлежали лишь чары.
Держа Белый меч за рукоять, он сорвал с себя обрывки разноцветных лент, словно больше в них не нуждался.
– У нее слишком уж нереалистичные амбиции. А я самый большой реалист. И вскоре я заполучу все, что хотел. Все древние мистические реликвии наших предков. Все артефакты силы. Все легендарные сокровища нашего народа. Все, что гарантирует нам победу и безопасность на протяжении следующей тысячи лет. Время герра Гитлера скоро подойдет к концу. О нем будут помнить лишь как о порочном рыцаре, моем предшественнике.
Он бросил на меня бешеный проницательный взгляд, словно я единственный мог понять его рассуждения и логику его амбиций.
– Я стану новым Парцифалем. Истинным фюрером. Ибо у меня будут меч и чаша, и я докажу, что достоин править. Весь христианский мир, от востока до запада, встанет под мои знамена. Ариох обещал мне. И никто не сможет противостоять, ибо моя власть и светская, и духовная.
Я стану истинным отцом тевтонских народов, очищу мир во имя священной дисциплины. И наступит Золотой Век. Век Великого Рейха.
