Знаю! - перебил его Ницше. - Вы дали его на переговорах двум половецким ханам, которые сами всегда преступали свои клятвы и пытались захватить Ваш город, напав врасплох огромной силой... Вы их обманули и убили, а затем разгромили их полчище...
Как говорят мои потомки — великие князья Александр и Дмитрий, это было необходимо для победы и спасения Родины... Я умом это признаю... Но сердцем понимаю: клятвопреступнику не место в раю... Пока не место...
За всю историю человечества на самой вершине власти побывали всего семь человек, которых можно назвать порядочными. По крайней мере, больше я не нашел, - промолвил Фридрих, провожая взглядом уходящую душу Мономаха. - Гордись, Борис! Этот твой соотечественник — один из них. Видно, из-за своей порядочности он не так популярен в России, как негодяи и кровожадные тираны Иван Грозный, Петр Первый и Сталин, хотя по своим достижениям им ничуть не уступает, а как полководец превосходит на голову... Книжек о нем почти нет, даже фильма не сняли...
А кто остальные шестеро? - заинтересовался экс-президент, надеясь услышать собственное имя.
Афинянин Перикл, V век до Рождества Христова; Шан Вей, главный министр царства Цинь, IV век до нашей эры; англосаксонский король Альфред Великий, IX век новой эры; Вильям Маршал, величайший рыцарь Средневековья, канцлер Англии, XII век; албанский князь Георгий Кастриот по прозвищу Скандербег, XV век; и последний император Австро-Венгрии Карл. Он жил в 1887-1952 годах и — единственный из названных мною властителей — причислен к лику блаженных. Какая несправедливость! Альфред и Скандербег — величайшие защитники христианства от язычников-викингов и мусульман-турок. Албанец еще и лично спас папу римского. А вот благодарности церковников не заслужили! Как и Мономах, кстати!
Нашел у кого благодарности искать! - издевательски прокомментировал Сатана.
Никого из них не знал... - удрученно пробормотал ЕБН.
Ничего удивительного. Властители о своих порядочных коллегах предпочитают не знать... Сравнения с собой не выносят!
А почему ты назвал Мономаха лучшим русским полководцем?
С охотой уступаю эту честь великому князю! - к странникам по инферно подскочила маленькая сухонькая душа. - Он дал вдвое больше сражений, нежели я, - и все выиграл! Правда, в одной из битв с половцами наша рать претерпела полнейшую конфузию — но Мономах там не командовал, а просто участвовал, более того, бой дали вопреки его совету. А главное, его воинская доблесть дважды спасала Отечество от полной гибели. Все мои кампании и войны не были столь судьбоносными, они не решали судьбы государств. Виват Мономаху! - генералиссимус склонил седую голову.
О Суворове бывший президент кое-что читал — и теперь был рад показать всезнайке Фридриху, что и он тоже не лыком шит.
Слышь, Александр Васильевич! - панибратски обратился он к гениальному полководцу. - Ты-то как тут очутился? Неужто за расправы с пугачевцами, восставшими крымцами, чеченцами, поляками?
Не за это... Я приказ государыни исполнял, да и мятежники окаянствовали похуже моих чудо-богатырей...
Насколько я знаю, - вмешался Ницше, - при штурме Измаила Ваши солдаты и казаки вместе с сорокатысячным турецким гарнизоном перерезали также все мирное население. При взятии Праги — предместья Варшавы — русские уничтожили всех — и тех, кто держал оружие, и гражданских лиц... У матерей отнимали младенцев и бросали в огонь...
Так было... Я плакал, видя это, но ничего поделать не мог. Жители Праги в начале мятежа зверски погубили весь русский гарнизон, жгли солдатиков живьем, резали на куски... Вот мои чудо-богатыри и не сдержались... Измаильского же Осман-пашу я предупредил ультиматумом: «Добровольная сдача — воля, штурм - смерть», так что он сам беду накликал... Я вынужден был отдавать взятые с боем города своим войскам на три дня на разграбление, как и все прочие полководцы... Иначе армия не слушает командующих...
Я тебя несколько другим представлял, - пробормотал Ельцин.
«... Черты лица моего — они видны; но внутреннее человечество мое сокрыто. Итак, скажу вам, что я проливал кровь ручьями. Содрогаюсь. Но люблю моего ближнего; во всю жизнь мою никого не сделал несчастным; ни одного приговора на смертную казнь не подписывал; ни одно насекомое не погибло от руки моей. Был мал, был велик; при приливе и отливе счастья уповал на Бога и был непоколебим...»
Так за что ж Вы в чистилище, все-таки? - Ницше не мог терпеть, когда кто-то другой вел опрос знаменитости слишком долго. - В личной жизни Вы были безупречны, как слуга Ваших императриц и императора — выше всяких похвал. Зверства Ваших войск были по тем временам, в сравнении с армиями других государств, редки — да и остановить Вы их не могли. Ваше место на небесах...
