Если бы ножи бросал обычный человек, пусть и мастер, то на месте молодого порча он бы попал так же – вбив остатки зубов зевнувшему было у окна шепелявому. А вот чтобы повторить действие Ката, понадобился бы, например, арбалет. И прибор ночного видения с тепловизором. Клинок пробил двойной слой шифера на покатой крыше мансарды и вошел в шею викинга, который спрятался так удачно, что не был виден с улицы. Ниоткуда. Но смерть его была столь же быстрой. Из руки уже покойника на пол, негромко брякнув, упала ракетница, так и не подавшая сигнал бедствия.
– Готовы, – подумал Кат. – Как на соседнем посту?
– Порядок. Двое.
Прими их всех Вальхалла. Или куда они там попадают после своей собачьей жизни.
Дорога на Нифльхейм была открыта. Кат мысленно связался с еще тремя группами – везде все в порядке. Даже ножи прибрали обратно, нечего раскидываться хорошими инструментами. Ему, кстати, напарник тоже принес клинок, сбегав наверх в мансарду и произведя заодно короткий обыск. Автоматы у викингов старые, ножи из своей кузницы дерьмо, а больше ничего полезного. Хотя нет, патроны и ракетницу вот прихватил. Кат сунул ее в один из объемистых карманов: склады складами, а сталкерский инстинкт собирать разные полезности остался при нем навсегда.
Позавчера мне повезло. Не в моем положении – да и возрасте – говорить о везении, но это так. Я не силен в технике и технологиях, раньше мне это было не нужно – нажал и работает, а теперь тем более ни к чему. Оружием я не пользуюсь, оно меня пугает и отвращает спрятанным внутри злом, а устройства не сложнее керосиновой лампы и так понимаю с ходу.
Против города и его жителей применили какое-то оружие. Бог весть, где оно валялось двадцать два года, да и к чему выжигать и так мертвые улицы. Не знаю. Я вообще мало что знаю об этом мире, шесть с половиной десятков лет не дали познать даже себя, что говорить об окружающем.
Наверное, потребуется вечность.
Господь даст, она у меня будет, а нет – так нет. Я не боюсь смерти. Не боюсь людей. И уж конечно не боюсь оружия, каким бы оно ни было. Мне поздно бояться, в этом моя сила. Но мне не нужна сила, я – Дервиш. Мне нужна правда, которой нет.
В конце концов, самое страшное для человека – он сам.
Войско порчей, выведенное к владениям викингов, составило почти триста пятьдесят особей. Быстрых, ловких, связанных нейросетью в армаду разумных муравьев с единой волей и одной целью.
Еще полсотни осталось в Гнезде, под мысленным руководством Ираиды разбирая и сортируя склады. Судя по явной избыточности вещей, запасов и оружия, лабораторию на всякий случай использовали под военное хранилище. Совершенно секретное и теперь ставшее реальной угрозой Базе. Жаль, оружие только стрелковое, но нельзя получить все и сразу.
– Действуем по плану, – скомандовал Кат. – Рабские бараки не трогаем. Мастерские постарайтесь не сжечь, там масса интересного. А самих викингов… Кто сдастся – проверяйте на пригодность в питомцы. Остальных в расход. Рагнара и помощников живыми не брать, это мое личное предложение.
– Одобряю, – издалека откликнулась Ираида. – Казнить на месте.
– У меня с этим… ярлом свои счеты, – добавил Шамаев. – Теперь уже не важно какие, но я бы хотел заплатить по некоторым счетам.
Он косо глянул на Ката, но тот остался совершенно спокоен. К нему, раз уж они оба стали частями Гнезда, старые претензии не относились.
Отряды тихо и незаметно окружали поселение. Караул понадеялся на сторожевые посты и полосу препятствий из опутанных колючкой деревянных ежей, поэтому спокойно играл в карты, не высовываясь на мороз. Единственный молодой викинг, почти силой отправленный на вышку к пулемету, спал там, завернувшись с головой в длинный, пахнущий дымом и кислым пивом тулуп. Ему снились женщины – и не грязные потаскушки из рабских бараков, нет – обнаженные красавицы. Две. Одну из которых он, сладко причмокивая во сне губами, пользовал, примостив на столе, а вторая в этот момент делала ему массаж спины. Нежно, проводя ноготками от шеи к заросшей шерстью заднице. И над ними ярко светило полуденное солнце, которого в этих краях никто давным-давно не видел.
Было тепло. Жарко. Горячо. Что-то текло по животу, пропитывая штаны.
Он так и не проснулся, когда беззвучно поднявшийся по ступеням питомец заколол его ножом вместе с потными фантазиями и несбывшимся солнцем в придачу.
– Вышка под контролем, – поворачивая пулемет к караулке внизу, доложил разведчик. – Все тихо.
Негромко треснуло дерево, одно из многих во дворе, не выдержав мороза. Кат еще раз осмотрел объемную картину предстоящего боя и скомандовал атаку. После этого от тишины остались одни воспоминания. Заложенные кирпичом окна черных стен, всегда казавшиеся им защитой, стали ловушкой для спавших внутри викингов. Ни поднять тревогу, ни толком сообразить, что происходит, они не успели. Ворвавшийся отряд порчей с порога устроил бойню, с трудом – из-за горы трупов на полу и луж крови – прорываясь по двум направлениям.
