– Милый, сними их уже. Мне не хочется сейчас, – прокряхтела женщина, раздирая плечи мужа в попытке оттолкнуть.
– Почему? Может быть, ты уже сыта по горло? – низко, тяжело заговорил мужчина, сжимая лебединую шейку еще сильнее. – Я видел следы от обуви в прихожей, ты хоть пол-то мой. След большой, это мужчина?
– Акх… кх… Про… пусти!!
– Думаешь, я идиот? – металлический голос. Только не он. – Говори, с кем? С кем, я спрашиваю? – Артем переходит на дрожащий крик. – Кто он?!
Анастасия заглотнула воздуха. Сердце затарахтело. Он отпустил.
– Пожалуйста, скажи.
– А!!
Мужчина резко вошел в пушистое лоно по самые яйца. И даже те дрожали от его напряжения.
– Артем, они меня щекочут.
Он разочарованно выдохнул.
– Это все, что ты можешь сказать?
– Хах, щекотно же!
Она заржала, заскрипела, как старая коза. Выла и закатывалась, как будто по стеклу скребли пенопластом.
– Да что с тобой? Отвечай! – Мужчина от отчаяния двигался все быстрее. И чем выше темп – тем страшнее и непонятнее ее реакция. – Говори, мать твою.
Снова пережал гортань, и теперь смех козы превратился в звук заглохшего трактора.
– Мне больно, – Анастасия сказала это с такой печалью, таким отчаянием, правдой и ненавистью. – Я так устала…
– Прости, прости меня, извини.
Он упал в ее волосы, задыхаясь в неясном тихом кряхтении. То ли в слезном, то ли в удовлетворенном.
«какой-то черт зазвонил в дверь»
Женщина мгновенно вылезла из-под мужа, откинув его упавший член, и натянула свитер.
– М… мама?
«Блять, блють, блить!!.»
– У-у-у, Настюха, как мы рады! – Большая женщина вцепилась в дочь стальной хваткой, заламывая ребра. Она смеялась и гоготала, целуя ее в щеки с размаху. – А мы к тебе в гости!
Мать протиснулась в узкий проход и взвалила огромные сумки на тумбочку. Пройдясь по белому ковру, женщина сняла мокрые кроссовки. Наклон удался ей с трудом – леггинсы заскрипели.
– Дочунька, привет! – Отец тоже обнял ее, пошатываясь, как медведь.
Но тут на лестничной клетке двинулась низковатая темная фигура. Парень щелчком отбросил сигарету и, заложив руки в карманы, зашел в квартиру. Прозвучало сухое:
– Привет.
– Ага, – хозяйка так же холодно ответила и сразу же отвернулась.
Тут из спальни вышел потрепанный мужчина, укладывая свою шевелюру. Лицо взволнованно, а лоб весь в прилипших от пота волосинках.
– Артем, как жизнь? – Отец пожал зятю руку.
– Пучком.
– Бля-я-я-я, – протянул коренастый парень в кепке. – Я вам тут прихожую замарал. Не извиняюсь, я ж гость.
– Ой, ну что же это?! – с ужасом вскрикнула мать. – Почему у вас такие грязные подоконники?!
Она провела пальцем по поверхности и затыкала дочери в лицо пыльной плотью.
– Ты хозяйка или как? А на кухне что…
Анастасия остервенело заправила челку за уши, постепенно выходя из себя, и Артем уловил эту волну нарастающего гнева.
– Елена Васильевна, давайте я вам свои работы покажу. Недавно закончил последний проект на тему «Влияние инфразвука на человеческое тело и сознание».
Женщина завороженно сложила губы трубочкой и спросила:
– Интересно-то как! А ты тот, этот, ну… Программист аналитик?
– Э… Квантовый физик, ученый и практик. Да.
Они прошли в его кабинет, мило хихикая.
– А где у вас тут туалет?
– Справа от спальни, пап.
– Понял.
Анастасия выдохнула и побыстрее скользнула на кухню.
«Чай, мармелад, папе кофе… Так, еще ложки».
– Я тута сяду, а то ноги ща сломаются.
Темный силуэт развалился на стуле, запрокинул ноги на столик и чиркнул зажигалкой.
«Держи себя в руках. Никаких эмоций, не волнуйся, ничего не показывай».
– Не кури в моем доме, – максимально спокойно попросила Анастасия, ставя чайник закипать.
– А ты чо, меня, типа, заставишь? Я ж, бля, гость. – Он затянулся, а потом дунул прямо ей в спину.
«Какая дрянь, ненавижу этот запах. Дышать невозможно». – Девушка уткнулась носом в свитер и вдохнула более чистый аромат.
– Там у вас санузел плохой. Проводка неудачная, да и плитка выложена не очень ровно. Халтура, – подметил отец, садясь напротив сына. – Никит, не кури в доме.
– Да я знаю, мы собираем…
– Настя!! – заорала мать. – Я не поняла. Тёма сказал, вы выбрасываете соления. Что за дела? – все многочисленные морщины матери свело от крика.
– Мам, я…
– Ха, глянь-ко! Наши носы теперь так похожи! – Она захохотала, рассматривая нос дочери.
Анастасия в ответ лишь сдавленно усмехнулась, сгорбив спину.
– Ну… – нервно потянула та, перебирая кухонное полотенце. – И насколько вы к нам?
– Ефё не наем, – ответила мать, жуя седьмую мармеладку. – Фу, какие-то не сладкие.
– А Настя без сахара берет. Эко-мармелад, – пояснил муж, отхлебывая кофе.
– Что, опять худеешь? – с презрением кинула Елена Васильевна и с какой-то отдаленной виной посмотрела на надкусанный мармелад и свое отражение в стеклянном чайнике. – Дохудеешься. Опять.
– Так… надолго вы к нам?
– Отец по работе приехал. Предложили закупить новую партию котлов и батарей там всяких… ну, вся эта мафия сантехников, сама понимаешь, – Она подмигнула супругу, который тихонько попивал кофе в углу стола.
– Хех, ага, понятно, – усмехнулась девушка. – А конкретно к нам насколько?
– Так, – мать отставила мармелад. – Ты что, нам не рада?
– Да я просто…
