Жорот провел рукой над телом, наблюдая, как Змей рассыпается в пыль. Ухитрился‑таки цапнуть, даже после смерти… Ч‑черт… Ну, одна радость – Лотта тоже свое получила. О чем он вообще думает?
Когда он поднял голову, кроме Сауры, в комнате никого не было. Кошана смотрела с грустным выражением, развернулась и тоже собралась уходить. Жорот догнал ее, обнял:
– Ты что? Мало ли, что там Лотта себе намечтала…
– Она добивается своего. Всегда. И не терпит соперниц, – отозвалась Саура.
Жорот воздухом поперхнулся, чуть отодвинул кошану от себя, чтобы посмотреть ей в лицо:
– С ума сошла? Да я лучше со змеей в постель лягу!..
– Признание дорогого стоит, – раздалась насмешливая реплика от двери. – Ты змей с детства боялся до рева.
Целесина зашла очень тихо и теперь с ехидным выражением смотрела на обнимающуюся парочку. Кошана сделала еще одну попытку отстраниться, но явно неуверенную. Старуха хмыкнула и приказала:
– Значит, так, мальчик мой. Лотта дала тебе месячный отпуск – исчезни, чтоб духу твоего не было и близко, понял? За это время я ее в норму приведу.
Жорот требовательно посмотрел на Целесину:
– Вы добьетесь, чтобы она отпустила и Сауру, на то же время, что и меня.
Кошана вновь протестующе дернулась, но колдун не выпустил ее из объятий. Тихо сказал:
– Тебе тоже надо отдохнуть.
«Иначе точно сорвешься. Как бы ты не воспринимала Лотту, уступить ей второй раз ты не сможешь. И наделаешь глупостей. Не хочу, чтобы еще и ты…»
– Я, конечно, хотел бы, чтобы ты поехала со мной. Но решать тебе.
Их прервал задумчивый голос магички:
– Пожалуй, это рационально… Ты не свободен – на этом можно сыграть как на дополнительном козыре. Но пока тебе лучше ей на глаза не попадаться. Вам обоим. Так что уезжайте прямо сейчас. Но это не снимает с тебя нашего соглашения, учти!
– Ч‑черт, – колдун нахмурился. – Я сразу уехать не смогу. Мне еще портал к баронскому замку завтра ставить. И с управляющим встречаться.
Целесина решительно положила руку ему на плечо.
– Давай мне координаты я их подкорректирую и сама поставлю. Хорошо, поняла. Управляющего я отправлю домой, там с ним и встретишься. Все? Срочные дела кончились? Брысь. Оба. Момент, – она сунула колдуну какую‑то вещицу. – С твоим целителем я встретиться уже не успеваю, просто отведешь его в министерство внешней безопасности, вызовешь Райдена, передашь ему это и мальчишку заодно. Я с ним уже говорила. Счастливо.
– И куда теперь? – поинтересовалась кошана, когда они оказались за дворцовой оградой, на площади.
– За Ларсеном, – сообщил Жорот, останавливая такси. – Потом в Клан, за детьми. А там решим.
Он пропустил Сауру перед собой в машину и, перед тем, как сесть, невольно оглянулся на дворец. Колдун мог поклясться, что оттуда за ними наблюдают. Причем вполне определенные глаза. Но это не его проблемы, честное слово. Пусть Целесина разбирается со своей подопечной. А он – на целый месяц, а, может, и больше, – выкинет из головы этот сумасшедший дом, в котором ему угораздило очутиться…
Право вредности
Пролог. ВСТРЕЧА
Звезды рванули навстречу и исчезли, растворясь в пустоте, рожденной скоростью полета. Дан увидел красно‑золотые кроны деревьев и ощутил под ногами упругий темно‑зеленый ковер умирающей травы.
Пройдя с сотню метров, Дан очутился на знакомом обрыве и замер. За расступившимися деревьями в заходящих лучах солнца поблескивала лента реки с пустынными берегами по обеим сторонам. Исчезла, буквально без следа, целая деревня! Исчезли фруктовые сады и поля, всякий след того, что тут жили люди!
Дан придвинул изображение. Не осталось даже фундаментов, даже свай от моста. Но это то самое место. Что же произошло тут за 26 лет?
Вдруг сзади раздался знакомый гул. Резко обернувшись, Дан поймал глазами стремительно уменьшающийся огненный хвост ракеты.
Что это? Случайный корабль? Или местные построили космопорт? Настроившись на прием, Дан ощутил множество личностей. Людей и не совсем. были и совсем не люди. Космопорт.
Прикинув приблизительно расстояние, Дан приготовился к прыжку.
Наступал вечер. Городок, обслуживающий космопорт, жил привычной жизнью. По воздуху мчались легкие гравиапланы, десятки существ ехали на лентах тротуаров, движущихся в разных направлениях с разными скоростями. Из дверей кафе и баров слышалась музыка.
Кое‑где уже зажигалась реклама – после наступления темноты улицы заполыхают множеством огней, плавающих прямо в воздухе.
Сойдя на стоячий тротуар, Дан вошел в один из баров. Он рассчитывал расспросить об исчезнувшей деревне, узнать, сохранилась ли Тепь.
В баре гремела музыка, вылетая из фальшивящего автомата. В полумраке, местами разрываемом вспышками разноцветных фонариков, колыхалась толпа: кто‑то пил, кто‑то дергался, изображая танец. Тяжелый воздух был пропитан запахами всех сортов табака, стойким ароматом духов и чего‑то слабонаркотического.
На руку Дана легли прохладные пальцы. Девушка с волосами, переливающимися всеми цветами радуги, чуть улыбаясь светящимися накрашенными губами, поинтересовалась:
– Что застрял? Идем, потанцуем.
