Действительно, в подвал вошел человек с огромным деревянным ящиком. Нааль открыл тяжелую дверь, находящуюся за прилавком и пропустил новоприбывшего туда. Обернувшись к гостям, Нааль извиняюще развел руками:
– Подождите пока. Все‑все, лавка закрыта до шести! – замахал он руками на стайку ребятишек, появившихся на пороге и поспешил к выходу, помахивая соответствующей табличкой, которую он повесил на дверь. Затем Нааль удалился для переговоров с перекупщиком, плотно прикрыв за собой дверь.
– Однако, – Жорот, улыбаясь, взглянул на Арику. Вы давно знаете Нааля?
– Недели две, – лаконизмом девушка прикрывала настороженность, даже враждебность – ей очень не понравилась сложившаяся ситуация.
– И уже такое доверие! Меня он признал только лет через пять знакомства.
– Зачем я вам понадобилась? – угрюмо спросила Арика.
– Не понял. – Жорот, похоже, действительно удивился, но девушка решила выяснить все до конца.
– Сначала подсылаете ко мне в гостиницу своего ученика, потом «случайная» встреча в этой лавочке.
– Встреча действительно случайная. Но закономерная, если вспомнить схожесть интересов. И в гостиницу я вам никого не подсылал. Или кто‑то пришел и назвался…
– Нет. Сегодня там появился новый писарь.
– С чего вы решили, что это мой бывший ученик? Вы его даже не видели.
– У него нет руки.
– Что ж, возможно. Я его отправил домой с месяц назад. Он к вам подошел? Что‑то сказал, сделал?
– Нет.
– Вот, видите. Я понимаю ваши опасения, но они ошибочны. Это лишь странное совпадение. Надеюсь, вопрос улажен?
После секундного колебания Арика кивнула.
Жорот улыбнулся:
– Обязательно расскажу Лесе, что вас встретил. Она будет рада, что с вами все в порядке.
– Она приехала с вами?
– Нет, в этот раз она осталась дома. Но я сегодня же возвращаюсь.
– Передайте ей, пожалуйста, привет и благодарность. – Арика держалась настороженно, но уже осваивалась.
– С удовольствием. Кстати, как вы себя чувствуете?
– Почти пришла в норму.
– Это радует. О, кажется, Нааль освободился. Идем, посмотрим, что у него новенького.
Через полчаса, купив четыре книги, Арика собралась уходить. Нааль окликнул ее:
– Ваш знакомый предлагает подождать его. Говорит, это недолго.
Арика помедлила несколько мгновений и кивнула:
– Хорошо.
Жорот действительно вышел почти сразу, держа в руках объемистый сверток.
– Если не секрет, что вы купили? – спросил он у Арики.
Она молча протянула ему книги корешками вверх.
– Ага, – три книги он отдал ей сразу, лишь взглянув на названия. – Это есть… А это что?
– Культовые обряды и священный календарь народа… Арика произнесла нечто пищащее, переходящее в ультразвук.
На лице колдуна мелькнуло удивление, что, в сочетании с его несходящим ироничным выражением, выглядело так, что Арике захотелось бросить какую‑нибудь колкость. Впрочем, реплика Жорота оказалась довольно мирной:
– Вы, оказывается, полиглот. Там тоже есть штучки вроде той, на которую вы меня поймали?
– Наверно. Отец только обучил меня их языку, про все это – она кивнула на книгу, – не рассказывал. Говорил, захочу – сама узнаю, – она язвительно улыбнулась. – Но для вас эта книга бесполезна.
– Почему?
– Вы колдун, а значит, управлять Умением не можете. А что у вас?
Жорот передал книги Арике, взяв подержать ее тома. Пробежав глазами названия, она пожала плечами.
– Наверно, по магии.
– Угадали. И так же бесполезны для вас, как «Обряды» для меня. Вы куда сейчас?
– Домой. То есть в трактир. Вы не со мной? Посмотрите, как ваш ученик устроился.
Жорот почему‑то поморщился. Потом кивнул:
– Да, пожалуй, – замолчал, внезапно задумавшись.
Пройдя несколько домов, Арика спросила:
– Вы что, поссорились?
Жорот, словно очнувшись, повернулся к девушке:
– С кем?
– Вашим бывшим учеником.
Ответ прозвучал неохотно и уклончиво.
– Он был несколько выведен из равновесия травмой и ее последствиями. У нас появились небольшие разногласия. Надеюсь, они уже в прошлом.
Арика кивнула и сообщила:
– Мы пришли.
Она зашла в зал (Жорот вежливо пропустил ее вперед), окунувшись в привычный людской водоворот, и, обернувшись, хотела указать спутнику нужный столик. Перемена, произошедшая в колдуне, ужаснула ее. Девушке показалось, что перед ней стоял совсем другой человек – жестокий, с расчетливыми льдистыми глазами убийцы, засекшего цель. Она проследила по направлению его взгляда – там стоял купец, а рядом – однорукий. Стоп. Какой купец? Как она могла принять э_т_о за купца? Вообще за человека?
То, что стояло сейчас рядом с одноруким, было больше похоже на чистейшую квинтэссенцию темноты, зла. Арика видела нечто подобное лишь раз – когда она, лет в пять, попросила своего учителя Кентавра объяснить что такое зло. Кентавр, привыкший обучать ее эмоцио‑понятиями, показал ей маленький сгусток того, что обозначало зло. Теперь она видела то же самое, но в гораздо большем, страшном объеме!
