Дознаватель улыбнулся, все больше напоминая хитрющего котяру.
– Любопытно, что у вас тут ночью за цирк был.
Колдун мысленно пожал плечами. Тоже мне, великий секрет, все равно докопается.
– Лонгеры предъявили претензии Лью. Ее Ларсен откачал, у них один труп – какой‑то боевой. Что хотели пока не знаю, сестра еще спит. Но личность визитера меня впечатлила.
– Сам пожаловал?!! – уставился на колдуна Эркис. Он подумал об отце Льюсиллы, Нике.
– Ну, это было бы совсем запредельно… Мервин.
– Считай, что почти, – задумчиво заметил аристократ. – Работать с тобой становится все интересней… Когда планируешь СБ для нужд семьи формировать?
Жорот поперхнулся, уставившись на дознавателя.
– Уж точно не в ближайшую сотню лет!
– Уверен? Ладно, в любом случае, имей меня в виду, – невозмутимо, словно не замечая, что собеседник смотрит на него, как на идиота, продолжал Эркис. – Лучше ты специалиста точно не найдешь, а я – лучше места. Мать против не будет, а отец так вообще… Все трясется, что я его подсижу.
– А его опасения совсем уж беспочвенны, да? – тут же съязвил колдун. Отец Эркиса был начальником безопасности Игеров.
Аристократ дипломатично пожал плечами. И сообщил:
– Теперь обещанный факт… Что там Арика на балу Вулха говорила о «чет‑нечет»?
– И что здесь… – Жорот осекся. До него дошло.
– Вот именно. Монеты указали на меня и Перуса? На кого еще?
Колдун застыл. Действительно, любопытно получается… Только вот на кого еще показали монетки, он у Арики так и не уточнил.
Эркис несколько неверно расценил молчание колдуна. И усмехнулся:
– Ладно‑ладно‑ладно. Не мое дело, понял. Еще один совет, тоже бесплатный. Спроси у девочки, как именно она сформулировала вопрос. Только тогда у тебя будет шанс правильно истолковать результат. Я хоть и не гадатель, что‑то в этом понимаю. До встречи, – встав и вновь закуривая, он добавил. – Не забудь сообщить, сработает с Распэ или нет.
Колдун тут же связался с Ларсеном, передал ему полученную информацию.
«Ты сможешь найти Мортера? Я у него координаты не взял, а Распэ раньше времени обнадеживать не хотелось бы.»
«Конечно, только зелье занеси… Я заодно со знакомым алхимиком поговорю».
Супруги заканчивали завтракать, когда Лонг передал Роджеру, что Льюсилла проснулась. Колдун тут же встал:
– Схожу поговорю.
– Я, Роджер там нужны? – уточнила жена.
Жорот покачал головой:
– Только никуда не исчезайте, договорились?
Льюсилла, вопреки ожиданиями, была не в постели. Полностью одетая, бледная, она, сидя в кресле, кивком приветствовала брата.
– Доброе утро.
Колдун присел рядом – он знал, что сестра не любит, когда на нее смотрят сверху вниз – уточнил:
– Тебе что‑нибудь надо?
– Лонг обо всем позаботился, – тихо, но вполне отчетливо ответила магичка.
– Хорошо. Извини, Ларсен сказал, тебе лучше не вставать. Хотя бы до завтрашнего дня.
На лице Льюсиллы мелькнуло отвращение.
– Я сама знаю, что мне лучше.
Кажется, магичке была ненавистна сама мысль о том, чтобы валяться в постели, пусть даже она имеет для этого полные основания. Ее аристократическое воспитание, въевшаяся в кровь привычка «выглядеть достойно», вовсю протестовали против проявления подобной слабости.
Колдун пожал плечами. Вот уж настаивать он точно не будет – ее решение, ее проблемы.
– Что вчера произошло?
– Сначала ты, – возразила женщина. – Я помню, как вы втроем появились… Что дальше?
– Боевой, что тебя держал, попытался убить. Роджер отнес тебя к Ларсену…
– Это я знаю! – раздраженно фыркнула магичка.
– Боевого я прикончил. Остальные ушли. Я просто не успел ничего сделать.
– Ничего не говорили, не…
– Ни слова. Труп оставили, драться не пытались, – он замолчал, терпеливо дожидаясь, пока сестра соберется говорить.
– Мервин потребовал, чтобы я вернулась в Семью, – сообщила Льюсилла. – Причем немедленно, вот сию секунду отправилась с ним к Нику, для официального заявления. Обещал, что о замужестве речи не будет, что мне подберут занятие по душе. Иначе… – она пожала плечами.
Хоть Льюсилла официально и порвала с Лонгерами, Ник мог требовать подчинения. По праву отцовства, праву крови. И, в случае неповиновения, давить на дочь как угодно, вплоть до убийства, абсолютно безнаказанно. Другое дело, общественное мнение в этом конкретном случае скорее склонялось в сторону Лью. Она заработала многолетней службой Клану хотя бы самостоятельность от родителя. На это колдун и рассчитывал, что Лонгеры не станут портить реноме Семьи, оставят магичку в покое. Но почему‑то Ник выбрал конфликт. Что ж. У ситуации было решение. Только сначала…
– Ты уверена, что не хочешь вернуться к отцу?
Лью уставилась в лицо брату вспыхнувшими глазами. Собиралась вспылить, но вновь сникла, лишь покачала головой и безрадостно усмехнулась.
– Хорошо, – колдун поднялся.
– Стой! – Льюсилла попыталась вскочить, но не удержалась на ногах.
Колдун подхватил женщину на руки, не давая ей упасть, посадил обратно в кресло.
– Что ты… прыгаешь, – досадливо заметил он. – Я слушаю.
