Кто, хотя нсколько, обратитъ вниманіе на очертаніе береговъ, тотъ скоро замтитъ, что мстность эта создалась землетрясеніями; вулканическіе перевороты играли важную роль въ образованіи міра. И какъ страшны эти перевороты. Потрясенія земля распространяютъ ужасъ въ цлой природ. Животныя бгутъ, не зная куда дться отъ ужаса. Т изъ жителей, которые уцлли отъ землетрясеній, разсказываютъ о нихъ прізжающимъ иностранцамъ какъ о библейскихъ событіяхъ. Такой-то городъ процвталъ вчера, а на другой день напрасно ищешь его стны — и находишь одн развалины; цлыя мсяцы вслдъ за тмъ въ народ ходятъ мрачные разсказы о мущинахъ помшавшихся отъ ужаса, о состояніяхъ поглощенныхъ разверзшеюся землей, о женщинахъ, дтяхъ, старикахъ задавленныхъ обрушившимися стнами ихъ домовъ. Легенды примшиваются къ исторіи этихъ катастрофъ. Разсказываютъ, что по ночамъ видали, какъ при зловщемъ блеск молній земля разверзалась и изъ нея выходили скелеты древнихъ инковъ, встававшіе изъ могилъ и потомъ изчезавшіе въ открытой пропасти, которая закрывалась надъ ними.
Опасности удвоиваются для тхъ, кто живетъ на берегу океана. Море, какъ бы устрашенное, отступаетъ отъ береговъ и снова яростно кидается на нихъ всею массою своихъ волнъ. Цпи рвутся, корабли, сорванные съ якорей, исчезаютъ въ водяномъ вихр; плотины сносятся бшенымъ натискомъ волнъ и разрушеніе и смерть врываются въ городъ. Жители Перу знаютъ хорошо непостоянства почвы, которой вврили жизнь свою, своихъ семействъ и постоянно на сторож. Ночью они спятъ однимъ глазомъ и готовы выбжать изъ дома при малйшемъ потрясеніи. Вотъ пронесся крикъ: земля трясется! Вс жители, на улиц, и не смотря на то перувіанцы горячо любятъ эту землю, которая дрожатъ подъ ихъ ногами. Эта земля такъ хороша, такъ плодородна. Въ воздланныхъ мстностяхъ видны поля, лса, плантаціи сахарнаго тростника, фруктовые сады апельсинныхъ, лимонныхъ, гранатовыхъ, фиговыхъ и оливковыхъ деревъ въ перемежку съ фруктами тропиковъ, ананасами и бананами. Эта вчно колеблющаяся земля скрываетъ въ своихъ ндрахъ могучую жизнь. Эта жизнь растетъ, расширяется, крпнетъ и мы не имемъ права бросить ей упрекъ за то, что она своими могучими порывами разрушаетъ норой трудъ человка.
Берегъ, по которому мы хали, тоже не уцллъ отъ потрясеній, которыя шли къ нему отъ цпи Андовъ. По трещинамъ, поднятіямъ, проваламъ почвы, которые кажется обламывались нарочно для того, чтобы снова подняться, узнается страшное поле битвы волканическихъ силъ. Лола гордясь тмъ, что показывала Эмилю свою сторону и не подозрвая опасностей, которыя грозили на каждомъ шагу на этомъ изрытомъ подземнымъ огнемъ берегу, пустила свою лошадь вскачь къ берегу моря. Мы слдовали за ней, въ нкоторомъ отдаленіи, потому что у меня и сына были плохія лошади. Предупрежденный моимъ крикомъ объ опасности грозившей Лол, Эмиль отчаянно пришпорилъ лошадь. Въ ту минуту когда онъ нагналъ ее, безумная наздница была не боле въ ста метрахъ отъ пропасти вырытой между двумя утесами, одна минута я она съ своими разввающимися волосами и взмахнутымъ хлыстомъ исчезла бы въ ней навсегда. Эмиль схватилъ ея лошадь за узду чтобы заставить ее свернуть въ сторону. Животное сначала заупрямилось, потомъ какъ бы внезапно понявъ грозившую опасность, остановилось.
Лола поблднла и задрожала: она увидла пропасть. Потомъ она поблагодарила Эмиля, поцловавъ его какъ сестра.
Этотъ небольшой случай не прибавилъ ничего къ искренней привязанности, которую они имли другъ съ другу. Но я однако замтилъ, что съ этого времени въ отношеніи Эмиля къ Лол вкрался оттнокъ нжности. Жертвовать собой для другаго не есть ли начало любви. Увидимъ что будетъ. Елена и я мы вримъ дтямъ на слово. Они неспособны обмануть насъ.
28 іюля 186…
Мы часто встрчаемъ настоящихъ индйцевъ, какъ ихъ называютъ дти. Одни привозятъ въ Лиму на мулахъ ледъ, который они добываютъ въ горахъ и который считается здсь необходимостью каждаго роскошнаго стола. Другіе водятъ къ берегу стадо ламъ которыхъ уводятъ обратно съ вьюками.
Какая противоположность между настоящимъ бдственнымъ положеніемъ индйцевъ и ихъ прежнимъ величіемъ, Храмы индйцевъ развалины которыхъ показываютъ намъ теперь, ихъ великолпная военная дорога, ихъ удивительная система орошенія, которая канавами проводила воду маленькихъ рчекъ въ поля и длала плодородными земли теперь безплодныя, все заставляетъ предполагать что жители центральной Америки были остановлены въ своемъ развитіи нашествіемъ блыхъ, которые напали на нихъ какъ стаи хищническихъ птицъ. Эта раса подвигалась впередъ, и кто можетъ сказать, что бы вышло изъ нея, если бы ей дали достигнуть идеала своей цивилизаціи; быть можетъ тогда роли перемнились бы, быть можетъ краснокожій Христофоръ Колумбъ явися бы тогда открывать старый міръ?
Теперь непокорившіяся племена съ недовріемъ отказываются и отъ подарковъ и отъ выгодъ общанныхъ европейцами: Timeo-Danaos… Пусть европейцы посылаютъ имъ своихъ миссіонеровъ для обращенія ихъ, индйцы знаютъ очень хорошо, что на язык благо слово евангелія означаетъ порабощеніе ихъ расы и захватъ ихъ земель.
