Мина производитъ взрывъ и утесъ рушится. какъ сказано въ иныхъ древнихъ сказкахъ: «земля задрожала отъ паденія великана и море взволновалось кругомъ». Мн кажется, мы ничего невыигрываемъ, разрушивъ поэзію дтства. Гд теперь т сказки, легенды, хроники наивныя и полныя чудесъ которымъ мы восхищались въ дтств. Вкъ романовъ наимене романическіы изо всхъ вковъ. Мы, положительные мщане узкіе реалисты, передаемъ наши понятія и привычки подрастающимъ поколніямъ. Я не имю претензіи на философію и Боже избави меня предсказывать будущее! Но съ ужасомъ спрашиваю себя, чмъ будутъ со временемъ эти молодые старики, у которыхъ еще не выпали еще молочные зубы, но которые лишены иллюзіи. Имъ толкуютъ о цн денегъ, а они не знаютъ цны прекрасному. Напрасно будутъ мн говорить, что характеры о которыхъ повствуетъ вымыселъ, не существуютъ въ природ. Конечно эти герои мужчины и героини женщины не похожи на мужчинъ и женщинъ вашего общества. Ихъ не встртишь, я знаю, ни въ гостиныхъ ни на бульварахъ.
Тмъ боле причинъ, скажу я, чтобы не изгоняли ихъ изъ дтскаго рая. Сохраните имъ мсто, Бога ради, у нашего домашняго очага. Кто бы они ни были, геніи, феи, герои существа воображаемаго міра, изъ-за которыхъ билось наше дтское сердце, которому они открыли прелесть добра, — пусть не изчезаютъ они въ атмосфер вка, которую заразили своекорыстіе, разсчеты и алчность.
Мы такъ мелки сами что потомкамъ нашимъ не слдовало бы терять вру въ величіе идеала.
Неправдоподобіе этихъ вымысловъ можетъ быть недостаткомъ для насъ, оно очарованіе для дтскаго возраста. Что не правдоподобно для насъ, то правда для ребенка. Я сужу по характеру Эмиля, и могу сказать что изучила его вполн. У него чудесная способность создавать себ миы, этою способностію отличалось дтство человчества и она изчезаетъ въ возмужалыхъ рысяхъ.
Въ каждомъ явленіи природы — въ дожд, втр, въ заходящемъ солнц онъ воображаетъ себ живую силу, лица. На дняхъ онъ убжалъ испугавшись изъ сада, потому что большое облако приняло необыкновенныя формы. Ребенку показалось что онъ увидлъ голову старика съ бдой бородой. Не вслдствіе ли подобныхъ представленій возникла у первобытныхъ народовъ мысль объ ихъ божеств.
15 марта 185…
Эмиль еще не выучился читать и едва знаетъ азбуку. Можетъ быть въ этомъ виновата и я: я не старалась вызвать въ немъ охоту къ чтенію. Помня отвращеніе, которое возбуждали во мн первыя уроки чтенія, я приписывала его насилію надъ моей дтской свободой.
Я не хотла сказать Эмилю, какъ говорили мн, что необходимо выучиться читать и писать, потому что вс другіе знаютъ: это была бы очень жалкая причина, это значило бы учить его подчиниться всмъ обычаямъ хорошимъ или дурнымъ, только потому что они приняты въ свт. Доводъ удовольствія, которое доставляетъ чтеніе, не могъ быть убдителенъ потому что люди легко обходятся безъ того чего не знаютъ.
Я ищу средство возбудить любопытство Эмиля и дать ему охоту къ чтенію. Онъ знаетъ, что я почерпаю изъ книгъ чудесные разсказы, которые такъ забавляютъ его; и я надюсь что онъ весьма естественно не сегодня такъ завтра почувствуетъ желаніе почерпнуть самъ эти разсказы изъ источника? Проявись только это желаніе, и остальное пойдетъ само-собою. Признаюсь однако, что и до сихъ поръ нахожусь въ ожиданій и желаніе не проявляется очень долго.
Вс мы, для кого чтеніе стало какъ бы шестымъ чувствомъ, отдаемъ ли мы себ отчетъ въ тхъ препятствіяхъ, которыя ребенокъ встрчаетъ при изученіи азбуки? Я старалась отыскать причину этого затрудненія и нашла не безъ труда. Вс познанія разсчищаютъ путь одно для другаго, но при переход отъ изученія предметовъ, къ искуственнымъ знакамъ, выражающимъ ихъ названія, нтъ никакой путеводной нити. Эмиль безъ труда узнаетъ по портрету человка, котораго видлъ, потому что формы остаются почти тже; но имя написанное не напоминаетъ ему о лиц. Нтъ ли возможности соединить въ мысли эти различныя дйствія рисованія и писанія. Я спрашиваю тебя.
Я говорю по французски съ Эмилемъ: но онъ говоритъ по англійски съ жителями Корнваллиса. Такимъ образомъ, безъ всякихъ усилій и самъ почти того не замчая, онъ пріобртаетъ два новые языка. Надо теб сказать что онъ иногда длаетъ презабавныя ошибки. Напримръ ему случается смшать слова англійскія и французскія въ томъ же предложеніи. Эффектъ выходитъ преуморительный. Представь себ что кто-нибудь скажетъ Je voudrais tо go out! — въ сущности, не вслдствіе ли такого столкновенія двухъ различныхъ расъ, образовались нкогда смшанные діалекты? Я воображаю что учу Эмиля, но не онъ ли вмсто того, учитель мой, тмъ что открываетъ мн глаза на множество фактовъ, объясненіе которыхъ я напрасно искала въ книгахъ. Повришь ли? онъ учитъ меня исторіи.
