- Прошлой ночью театр был на месте. По дороге домой я специально остановился, чтобы полюбоваться классическим неоновым меандром, украшающим архитрав. Великолепный эффект, Шниз позеленел бы от зависти, - я, впрочем, не знаю, в какие цвета окрашивается гроачианский дипломат, сталкиваясь с эстетическим свершением подобного размаха.
- В данную минуту, он понемногу обретает ровный красно-коричневый тон, свидетельствующий о полном удовлетворении, - предположил Ретиф. - Время они рассчитали прекрасно: их постройка завершена, а наша куда-то пропала.
- И как я теперь взгляну Шнизу в глаза? - промямлил Магнан. - Не далее, как вчера вечером, я отпустил по его адресу несколько удачных шуток, да еще, помню, подивился тому, как спокойно он на них реагировал... - Магнан внезапно умолк и уставился на Ретифа. - Благие небеса! - ахнул он. - Так по-вашему, эти пятиглазые недомерки, эти проныры, эти любители приходить на готовенькое докатились до того, что запятнали звание дипломата участием в подобном безобразии?
- Такая мысль приходила мне в голову, - признал Ретиф.
- Я что-то не в состоянии вот так, экспромтом, вспомнить кого-либо еще, питающего нездоровую страсть к Большому театру.
Магнан вскочил на ноги и разгладил бледно-лиловые отвороты своей раннепослеполуденной полунеофициальной визитки.
- Конечно! - воскликнул он. - Вызовите морских пехотинцев, Ретиф! Я отправлюсь с ними прямо к этому интригану, к этому маленькому пролазе и потребую, чтобы он, не сходя с места, вернул украденное им строение!
- С места вам все же лучше бы сойти и вообще отойти подальше, - предупредил его Ретиф. - Не забывайте, балетный театр, вроде Большого, занимает целый квартал.
- Несвоевременная шутка, Ретиф, - процедил Магнан. - Ну, чего же вы ждете?
Впрочем, Магнан и сам помрачнел и задумался.
- Из отсутствия в вас явного энтузиазма я, видимо, должен сделать вывод, что в моем плане имеется некий порок?
- Совсем маленький, - сказал Ретиф. - Его Гроачианское Превосходительство, надо полагать, с большим тщанием замел все следы. Он просто рассмеется вам в лицо, - если, конечно, вы не сумеете предъявить ему каких-то доказательств.
- Даже у Шниза не хватит наглости отрицать факты, если я поймаю его с поличным! - Магнан с озабоченным видом задумался.
- Правда, пока я еще не обнаружил никаких улик...
Он стоял, покусывая заусенец и время от времени бросая на Ретифа косвенные взгляды.
- Балетный театр так просто не спрячешь, - сказал Ретиф.
- Давайте сначала попытаемся его отыскать. А тогда уж можно будет подумать и о том, как вернуть его назад.
- Хорошая мысль, Ретиф. Именно это я и хотел предложить.
- Магнан взглянул на охватывающую его большой палец браслетку с часами. - Знаете, вы тут поболтайтесь в окрестностях, посмотрите, что к чему, пока я буду приводить в божеский вид мои бумаги; а после обеда давайте встретимся и договоримся, как будем врать дальше, - я хочу сказать, составим рапорт, показывающий, что мы предприняли все возможные меры.
Выйдя из кабинета Советника, Ретиф заглянул в Коммерческий Отдел. Напрочь лишенный подбородка клерк выглянул из-за груды газетных вырезок:
- Привет, мистер Ретиф. Прибыли, значит. Добро пожаловать на Хлябь.
- Спасибо, Фредди. Слушай, мне бы взглянуть на список всех грузов, ввезенных Посольством гроачей за последние двенадцать месяцев.
Клерк потыкал пальцами в клавиши банка данных и состроил гримасу, взглянув на страничку, которую тот изрыгнул.
- Что-то уж больно хлипкое они надумали выстроить, - сказал он, протягивая листок Ретифу. - Фанера и крепежный кругляк. Впрочем, чего же от них и ждать.
- Это все? - настойчиво спросил Ретиф.
- Сейчас посмотрю ввоз оборудования, - клерк ввел другой код, и после недолгого клацанья на свет появился второй листок.
- Сверхмощные подъемные устройства, - хмыкнул он. - Забавно. Фанеру они ими, что ли, тягать собираются или плашки два на...
- Четыре штуки, - кивая, сказал Ретиф. - С широкоапертурными полями и полным комплектом захватов.
- Ого! Такими игрушками можно "Хлябь-Хилтон" с корнем выдрать.
- Что можно, то можно, - согласился Ретиф. - Спасибо, Фредди.
Снаружи уже опустились сумерки; автомобиль ожидал у обочины. Ретиф велел Чонки ехать по мокрой, затененной деревовидными папоротниками улице на окраину, к пустой строительной площадке, которую совсем недавно занимало украденное строение. Выйдя из машины под ровный и теплый дождик, он забрался внутрь скрывающего котлован пластикового шатра и принялся осматривать мягкую землю, освещая ее ручным фонарем.
- И чего на дам тумаете выйти? - поинтересовался Чонки, семеня рядом с ним на ножках, напоминающих клубки мокрой фуксиновой пряжи, увеличенные до размеров посудной лохани. - Сростите, что прашиваю, но я зумал, что вы, демляки, не мочите любить ноги.
- Просто осматриваюсь на местности, Чонки, - ответил Ретиф. - Похоже, что щипач, который слямзил наш театр, поднял его с помощью гравитационных устройств, и скорее всего, целиком, поскольку никаких следов демонтажа я здесь не вижу.
