Дни, недели, месяцы пролетают как птицы. Тренируюсь до изнеможения, осваивая всё новые и новые техники боя, и раз за разом умираю. Как когда-то сказал Найтель, боль — это плата за ошибку. И я эту цену многократно переплатил. Гоблинами всё не ограничивается. Периодически моими врагами в долине становятся минотавры, огры, мантикоры и множество других экзотических тварей, о существовании которых мне даже слышать не приходилось. Смерть от рук мерзко хохочущих гоблинов оказывается далеко не самой страшной. Меня разрывают на две части, отделяя ноги от туловища, откусывают голову, сжигают в огне, травят смертоносным ядом, ломают все кости. И всё это происходит по несколько раз на дню. Поначалу я вёл счёт своим смертям, но когда число приблизилось к полусотне, бросил это занятие.
В какой-то момент мне начало казаться, что боль от этих смертей и вид моих внутренностей, выдернутых наружу, сведёт меня с ума. Чтобы не лишиться рассудка, мне была нужна какая-нибудь отдушина. И найти её мне помог Орил. Он не тратит столько времени и усилий на тренировки, сколько на них трачу я. Не потому что лентяй. Просто всё это не особо ему интересно. Он не ставил перед собой цель стать одним из самых сильнейших воинов в мире, да и оружие как таковое не особо ему нравится. Лютня и флейта ему гораздо ближе, чем клинок и лук. Играет на них он отменно. Все прочие музыканты, игру которых я слышал раньше, внуку Найтеля и в подмётки не годится. Я хоть и не девчонка там какая-то сентиментальная, но когда Орил играет что-то грустное, слёзы, будь они неладные, как-то сами наворачиваются на глаза. И хоть мы ни разу не друзья, и даже не приятели, я прошу ушастого научить меня играть. Жду насмешек в свой адрес, но Орил неожиданно соглашается, лишь отметив, что из-за постоянных тренировок с Найтелем времени и сил на занятия музыкой у меня будет слишком мало. Это и становится моей отдушиной.
Лютня даётся мне совсем уж плохо, а вот из флейты удаётся извлечь что-то вполне похожее на музыку. Во время откровенного разговора Орил признаётся, что тоже бывал в долине полуночи, но снова возвращаться туда желанием не говорит, задаваясь вопросом, каким образом, столько мучительных смертей спустя, я всё ещё не лишился рассудка. Ну а далее происходит то, чего я совсем не ожидал — Орил извиняется. Эльф просит прощение у человека. Не думал, что такое возможно. Извиняется Орил за то, что считал меня заносчивым засранцем, непонятно что о себе возомнившим. Теперь же он хвалит за стойкость, добавляя, что теперь понимает, почему нимфа выбрала меня своим защитником. Завершает он свои извинения словами, что ученик я далеко не самый способный и талантливый, но упрямый, и это упрямство поможет мне достичь желаемого результата. Мнение Орила никогда не было для меня чем-то значимым, но услышать от него похвалу оказалось очень приятно. Что он, что нимфа, верят в меня больше, чем я сам. Что по этому поводу думает Найтель, я пока не знаю. Хватит ли моего упорства, чтобы стать несокрушимым воином? Есть только один способ это узнать.
Тренировки продолжаются как в долине полуночи, так и за её пределами. Благодаря занятиям с наставником, учусь владеть всеми известными мне видами одноручного и двуручного оружия, но наиболее уверенно чувствую себя, держа в руках парные эльфийские клинки. С меткостью проблем тоже нет. Хоть и остаюсь живым существом из плоти и крови, чувствую, как сам превращаюсь в оружие. Раз за разом погибаю, учусь на своих ошибках, и впредь стараюсь их не повторять. И вот в какой-то момент чувствую — время пришло. Больше никаких ошибок и промахов. Будет сложно, но сегодня победа будет за мной. Говорю об этом Найтелю в лицо. Учитель никак на это не реагирует. О чём он в этот момент думает, остаётся только гадать.
Снова оказавшись в долине, в качестве оружия получаю парные клинки. Ловко орудуя ими, одного за другим начинаю кромсать появляющихся изниоткуда гоблинов. Каждый мой удар точен и смертоносен. Получая смертоносные раны, уродцы один за другим падают замертво, но их тут же сменяют новые враги, которые пытаются меня окружить. Предсказуемые твари. Навалиться толпой — это всё, что вы можете. Вот только все ваши грязные трюки я выучил наизусть, а новые вы не придумали. Наибольшую опасность для меня представляет долина, а не вы. Не знаю, подкидывает ли мне подобные сюрпризы само это место или же это делает Найтель, но в какой-то момент парные клинки исчезают. Их сменяет алебарда, до которой ещё приходится добраться, миновав агрессивных уродцев. Их оружие я использовать не могу. Попытался как-то, но как только схватил его, оно сразу обожгло мне руки. Видимо, таковы правила этого места — сражайся только тем, что дают, и ничем другим.