Но тут вдруг твари перестали ломиться в кладовку, оставив мальчика в покое. Вместо этого мутанты переключились на новую цель — Дэйна. Увидев уродливых монстров, эмиссар, в отличие от Нила, не стал убегать или прятаться, а сразу обнажил клинки, готовясь принять бой. О том, что творится снаружи, Нил мог судить только по звукам. Мальчик слышал топот и рычание, но затем вдруг всё резко стихло.
«Готов», — подумал Нил, решив, что мутанты разделались с его преследователем.
По расчетам мальчика, у него было в запасе секунд двадцать, максимум тридцать, чтобы убраться как можно скорее и дальше от супермаркета. Именно столько времени нужно было трём мутантам, чтобы обглодать жертву до костей. Вытащив швабру и выбравшись из кладовки, уже готовый со всех ног рвануть к выходу Нил остолбенел, увидев, как целый и невредимый Дэйн вытирает кровь об одну из неподвижных бледных тушек, валявшейся у его ног. На то, чтобы угомонить четырёх монстров, ушло секунд пятнадцать. Не понадобилась даже чёрная жемчужина — хватило одних лишь клинков. Впечатлённый таким результатом, Нил показал Дэйну поднятый вверх большой палец. Эмиссар понятия не имел, что этот жест обозначает, но на всякий случай сделал то же самое. И тут его посетило очередное видение. Группу оборванцев, потянувших свои грязные руки к Богине, застали врасплох и расстреляли люди в масках и жёлтых костюмах. Затем один из них, поводив перед лежащей на земле девушкой каким-то попискивающим прибором, взял её на руки и куда-то понёс. На этом видение оборвалось. Как только это случилось, на затылок Дэйна обрушился приклад винтовки, от чего рухнувший на пол эмиссар потерял сознание.
Хоть это была для него далеко не первая вылазка в Пустоши, на душе у Кёртиса Стоуна была неспокойно. В чём конкретно дело, парень толком не мог объяснить даже самому себе. Просто было у него на этот счёт какое-то нехорошее предчувствие. Раньше, когда он только тренировался и сдавал нормативы, выросший в безопасной зоне парень буквально грезил о вылазке в открытый мир. Тогда ему казалось, что это будет увлекательное и забавное приключение, о котором потом можно будет рассказывать девчонкам, малость всё приукрасив. Сейчас, когда Стоуну стукнуло двадцать три года, он понял, что никакое это не приключение, и вообще, в гробу он всё это видал. Сайнт и Пустоши — это как будто два разных мира. И чем реже они пересекаются, тем лучше.
Оба чёрных вертолёта совершили посадку на крыше заброшенного госпиталя. На посадочной площадке гостей уже ждали люди с пушками — представители нескольких крупных банд, поделивших между собой мёртвый город. Помимо них в этих бетонных джунглях проживали ещё тысячи людей. Но поскольку всё это была разрозненная безликая масса, поток гуманитарной помощи шёл именно через банды, ведь именно они были в этом городе какой-никакой, но всё же властью. Разумеется, большую часть припасов и медикаментов бандиты забирали себе, а то, что оставалось, передавали нуждающимся. Тут уже многое зависело от щедрости вожаков группировок. Но себя и своих ребят они никогда не обделяли, поэтому вооружённые боевики всегда были сытые и здоровые настолько, насколько это было возможно, живя в таких условиях. А простые люди подъедали всю мелкую живность, которую только могли найти, а порой и друг друга. Кёртиса такое положение дел коробило. Вылазки в открытый мир помогли парню снять розовые очки, но в глубине души он всё ещё оставался идеалистом, чего нельзя было сказать о его боевых товарищах. Они считали обитателей Пустоши людьми второго сорта, искреннее веря, что чем больше их передохнет от голода, болезней или зубов мутантов, тем чище станет этот мир.
Передача гуманитарной помощи прошла рутинно, без неожиданностей. Бандиты забрали еду и медикаменты, в очередной раз подняли тему, что было бы неплохо заодно наладить и передачу оружия, получили грубый отказ, после чего свалили, прихватив всё доставленное добро. Бойцы же забрались обратно в вертушки и полетели обратно в Сайнт. Казалось бы, самое время расслабиться, но не тут-то было. На обратном пути кто-то выстрелил во второй вертолёт из гранатомёта, попав в хвостовую часть. Потерявшая управление вертушка начала вращаться, словно волчок, и стремительно терять высоту. Пилот первого вертолёта запаниковал. Тёмное время суток, куча зданий внизу. Сделавший меткий залп гранатомётчик мог прятаться в любом из них. А ведь стрелков могло быть несколько. При таких вводных самым разумным решением было как можно скорее покинуть опасный район.