- Ваше алиби бесспорно, даже Зарр признаёт это, но всё же он предпочел бы видеть вас в цепях и в тюрьме. В отличии от меня, хотя я тоже не верю вам с вашей хорошо продуманной легендой. Но Зарр не политик, и не видит все последствия, которые неминуемо наступят, если я попытаюсь прижать вас к ногтю, айри. О нет, я мечтаю увидеть вас с вашими проблемами как можно дальше от Алискана. Уж слишком необычная вы леди для нашей скучной и консервативной Империи. Можете уезжать спокойно, и ни о чём не беспокоиться.
- Благодарю вас, - я склоняю голову.
- Полагаю, вы не скажете, где вы провели эту ночь? - делано-лениво осведомляется князь.
- Наслаждалась видами ночной столицы, - не моргнув глазом, вру я.
- Ясно, - Астар ничем не выражает своё неудовольствие моей явной ложью. - А леди Фанфорт? Говорят, она тоже не ночевала в замке.
- Она уже покинула столицу еще вчера. Семейные дела.
- Вот как. Оставив все свои вещи? Не предупредив никого?
- Таковы обстоятельства, - я ёжусь под взглядом князя. Лишь бы только он не передумал, и не решил меня задержать....
- Хорошо, не смею вас задерживать, - Астарт махает рукой, давая знать, что аудиенция закончена, - у вас наверное еще масса дел. Позвольте только дать вам совет.
- Буду признательна.
- Не вздумайте прощаться с Салманом Джудо. Он будет более чем не рад вас видеть.
- Я знаю, - тихо говорю я. - Прощайте, сиятельный князь.
Я уезжала не победительницей, я проиграла, и сейчас возвращалась домой поджав хвост. Я не принесла пользы принцессе, не уберегла Анхельма, не смогла вызнать для Канцлера ничего полезного. В очередной раз доказала себе и другим, что я ничего не стою.
Остаток вечера я готовилась к пути и собирала вещи, избегая выходить за двери своей комнаты. Не хотела встретить некромагов -- не хватало еще и с ними устроить патетическую сцену прощания!
Впрочем, избежать этого полностью не удалось. Утром следующего дня я спускалась вниз по лестнице в сопровождении слуги, тащившего мои вещи. Астарт Агат благосклонно выделил мне экипаж, чтобы доехать до почтовой станции -- видимо, хотел удостовериться, что я всё же покину его столицу. Внизу меня ждал Хаккен, уже прознавший, что я уезжаю.
- Все же решила? - без предисловий спросил он.
- Да, - столь же кратко ответила я ему.
- Жаль. Но всё же подумай о том, чтобы посетить Гарм. Посоветуйся с начальством. Я думаю, они будут более чем рады наладить дипломатические отношения с Гармом.
Так и есть. Этот чокнутый Нортон не задумываясь засунет меня в пасть льва, если ему это будет выгодно. А моя поездка в Гарме была бы ему более чем выгодна... Ну уж нет, я лучше даже и вовсе не буду упоминать, что связана родством с обоими консулами Гарма, подставляя тем самым себя.
- Приезжай лучше ты ко мне. Не из дипломатических соображений. Просто так, - неожиданно для себя говорю я.
Я много о чём думала прошлой ночью -- о своих многочисленных ошибках и немногочисленных успехах, о поражениях и победах. И я не могла не вспомнить гармца и то, как он поцеловал меня. Меня тянуло к нему. Сначала это был просто отстраненный интерес, потом -- уважение, которое лишь недавно переросло.... нет, не в любовь, и даже не во влюбленность, я не строила иллюзий насчёт некромага и его сущности. Это переросло в страсть, яркую, болезненную, отдающую острым привкусом запрета.
Потом мы самозабвенно целовались, не думая о том, что подумают о нас слуги и какие слухи будут ходить по дворцу. Он сжимал меня в объятиях, и я теряла голову, забывая о том, что мы по разную сторону баррикад. А потом он отпустил меня и я ушла, ничего не сказав и ничего не спросив. Его прикосновения, жар его губ, сожаление в глазах сказали мне многое -- он никогда не приедет ко мне в Истик. Он тоже на службе, и так же как я, не волен решать, где ему быть и с кем.
Утро было под стать моему настроению -- хмурое, холодное и серое. Экипаж быстро довёз меня до постовой станции, где я пересела в почтовый дилижанс, управляемый таким же сонным как я возницей. Ехали мы только двоём -- я чуть снизила плату своего проезда, отказавшись от сопровождения охранника и предложив вместо этого свои услуги. Впрочем, учитывая, что я оплачивала не только своё место, но и места, которые могли занять потенциальные пассажиры, выходило всё равно дорого. Так что путешествовала я в одиночку, в сопровождении лишь почтовых посылок и тюков с письмами.
Мы доехали до дорожного перекрёстка, в миле от столицы, когда я окликнула возницу, приказав ему остановиться.
- Что еще? - недовольно спросил он, забыв как первоначально робел перед чужеземной колдуньей.
- Мне надо выйти.
Не обращая внимание на ворчание возницы, недовольного, что почтовый дилижанс задерживается, я ступила на покрытую склизким снегом дорогу и оглянулась. Эйнара нигде не было видно.
- Долго вы там стоять будете? Знал бы, что вы собираетесь на каждом перекрестке торчать, ни за что бы не повёз, - пробурчал недовольный мужчина.
- Подождите немного, милейший. Я вам доплачу.
