Мистер Эллин уже успел осмотреть гигантское стеклянное сооружение, в котором будет происходить эта грандиозная выставка. Зрелище было изумительным. Выставочный павильон занимал восемь гектаров земли, отвоеванных у природы. Деревья, между прочим, никто не вырубал. Наоборот, этому сооружению специально придали форму изогнутого поперечного пролета, для того чтобы под его крышей спокойно могли разместиться высокие ветки деревьев. На вид оно казалось очень хрупким, словно воздушное пирожное, но его прочность была проверена тремя сотнями солдат королевских саперных войск. Все они одновременно маршировали, выдерживая ритм, под стеклянными сводами сооружения. Это грандиозное сказочное здание вызвало одновременно и интерес, и страх, и восхищение. Однако главное восхищение вызывала не невероятная прочность и гигантские размеры павильона, а, если так можно выразиться, универсальность выставки. Всадникам, едущим по Роттен-Рау, теперь приходилось объезжать арабский лагерь (он представлял собой обнесенный деревянным частоколом палаточный городок), который возвели тунисцы, для того чтобы охранять свои экспонаты. Каждый день в лондонский порт прибывали огромные пароходы из Португалии, Индии, Турции и Франции. Все дороги, ведущие в Гайд-парк, были забиты тяжелыми фургонами, доверху заполненными различными экзотическими товарами. Эти фургоны тянули длинные упряжки лошадей. Алые фески и темно-синие шаровары оживляли серую городскую толпу. Возле хрустального дворца выстраивались длинные вереницы вагонов, нагруженных археологическими находками, промышленными товарами и различными хитроумными изобретениями. Мистеру Эллину казалось (и надо признаться, многие этого боялись), что после этой выставки Лондон уже не будет таким, как прежде. Удивительнее всего было не то, что на
этой выставке будут представлены товары, всякие диковинные вещи и сокровища, собранные со всех уголков огромной Британской империи. Главное чудо заключалось в том, что в этот город, населенный представителями одной национальности, съедутся люди со всего мира, люди, отличающиеся цветом кожи, говорящие на различных языках и имеющие разные обычаи.
Журнал «Панч» назвал это сооружение «Хрустальным дворцом». Мне нравится это название, – рискнул он высказать свое мнение.
Этот парень, Раскин, – мастер своего дела. Я думаю, что он имеет на это право, – сказал судья.
Мистеру Эллину пришлось подождать, пока его друзьям не надоест обсуждать это любимое детище принца Альберта, и только потом он рассказал им о потерявшейся девочке. В силу своих профессиональных привычек его друзья сначала всегда выясняют все обстоятельства дела и только после этого высказывают свои симпатии и антипатии.
Мой дорогой друг, прежде всего ты должен спросить себя: почему сбежала эта юная леди, что она хочет узнать – свое прошлое или свое будущее?
Мне кажется, – сказал мистер Эллин, – что в ее случае одно зависит от другого.
Не обязательно. А вы не допускаете такой мысли, что здесь может быть замешан некий юный джентльмен? Юные дамы, пораженные стрелой Амура, частенько убегают из дома.
Чепуха, – сказал мистер Эллин. – Она еще совсем ребенок – и довольно бесхитростный ребенок. Она никого не знает.
Она знает вас, знает миссис Челфонт. Вы сами сказали, что вы оба предложили ей свою помощь и защиту. Она, должно быть, бессердечная и своенравная молодая особа, если покинула вас, не сказав ни слова и присвоив чужие деньги.
Итак, у мистера Эллина снова возродились прежние сомнения и подозрения. У него была одна отличительная черта – он всегда старался забыть то, что причинило ему боль.
И сейчас он собирался сделать то же самое. Он бы с радостью вернулся к обсуждению всемирной выставки. Однако он взял на себя определенные обязательства и должен их выполнить.
– Если она найдется, тогда ее можно будет призвать к ответу, – сказал он.
– Да, но найти ее будет совсем непросто. У вас есть какие-нибудь мысли насчет того, в какой уголок нашей большой страны она могла отправиться?
Понятия не имею.
Хорошо, тогда давайте предположим, что это какой-нибудь город. Все большие города похожи друг на друга. Возможно, она нашла себе работу и сейчас живет в какой-нибудь семье. Но у нее нет рекомендательных писем, поэтому такой вариант почти не возможен.
А если она не нашла работу?
Тогда она либо бродяжничает, либо попала в работный дом. Если же она попала в работный дом, то, поскольку ей уже исполнилось двенадцать лет, ее отдадут в услужение в какую-нибудь семью, где ее будут кормить. Вот так. Во всех работных домах существуют архивные записи. Как ее зовут?
Эмма.
А как ее фамилия? – Я не знаю.
Когда она сбежала?
Мистер Эллин подсчитал, что это произошло восемь недель назад. Его старшие коллеги были крайне удивлены.
– Дорогой друг, забудь о ней. Оказавшись на улице, дети обычно живут недолго. Может быть, она приехала в Лондон?
У меня нет оснований так думать. Я знаю только то, что она исчезла. Однако она не может вот так взять и исчезнуть навсегда, – спорил он с самим собой, вспомнив о том, какой сильной личностью была эта маленькая девочка.
