Сложным образом организованная материя может наблюдать себя от первого лица субъективно, а может и объективно, значит – от лица своего и себе подобных. Когда материя наблюдает себя объективно, она ассоциирует себя с формой, а не с истинною собой. Материя суть абсолютный мир, которая, когда обретает форму, в сложном самоотражении считает себя этой формой, но когда она еще более усложняется, то возвращается к себе и снова понимает свою истинную природу. Даже само считание себя формой суть действие по форме, а действие не по форме не может быть ни считание, ни чем-либо возможным в объективном опыте. Наш опыт о материи это по сути эволюционная организация нашего мозга, и чем сложней наш опыт и безусловная возможность формирования этого опыта, то есть по сути, чем сложней наш мозг, тем сложней мы будем видеть мир вокруг нас, потому что будет существовать возможность формирования большего количества обратных связей чем это, например, могло быть в меньшем по размеру мозге, т.е. при меньшей эволюционной возможности отражать мир. Более организованная материя отражает менее организованную. По сути вся материя отражает сама себя, потому что вся она действует на себя в разных своих частях, но в некоторых своих частях она действует на себя более сложно. Где эта сложность возрастает, там возникает такая локальная структура, постоянство которой поддерживается строением биологического тела.
Если одно существо устроено проще чем другое, то оно в отношении более сложного по устройству существа будет простой материей, и всякая простая материя служит средством выживания сложному существу.
Разделение между понятиями «мозг» и «сознание» существует потому, что у нас есть опыт, а опыт – это материальный процесс и чувства – это материальные процессы. Понять это конечно можно только через опыт и опыт, впрочем, и есть это понимание, опыт это и есть эта рекурсия, это и есть эта сложность отражения материей самой себя. Если же нет рекурсий, то не будет и опыта, нету отражения, некому понимать и знать это, знать, что материя существует, т.е. – отражать саму себя. То есть когда мы говорим, что вот мы как сознание отражаем внешний материальный мир, мы имеем ввиду себя в этот момент не сознанием, а тем объектом, который к этому сознанию коррелятивно относится как посредство его познания – физическим телом, поскольку только тело может деятельно отражать с помощью рефлексов и рефлексий реальность и мы себя считаем физическим телом на самом деле, а не сознанием. И тем не менее мы удивительным образом не замечаем, как наши мысли и чувства подчинены тому же становлению по физическим законам что и та материя в представлении этих чувств. Мы являемся только сознанием, а поскольку в опыте показано что сознание – это материя, то мы являемся только материей. Мы являемся непосредственно этим сейчас сознательным процессом – опытом, который постоянно и беспрерывно структурируется, но так как опыт суть материальные рекурсии, то стало быть материальным процессом.
Понять это сложно потому, что опыт сознания в целом это такая разрозненная структура, которая не может одновременно цельно функционировать, а только последовательно, почему в психологии даже придумали термин «внимание», чтобы объяснить, что разные части сознания активируются в разные моменты времени, в разные моменты возникают разные обратные связи по отношению к другим, которые неактивны в тот же момент, но могут быть проявлены при необходимости. Опыт может быть в акценции – это всё что непосредственно сейчас происходит вообще(субъективный опыт) и может быть в потенции – готовым проявиться, но всегда не проявлен, потому что опыт который стал в акценции, уже реализовал потенциал проявления; также он может совершить обратный путь, т.е. снова стать в потенции. Всё, что находится в акценции, находится во внимании, всё что в потенции, в бессознательном. Мы не можем функционировать полностью и цело также, как не можем телом находиться одновременно в нескольких пространствах. Об этом понятнее всего говорят постоянство и изменчивость вещей, данные в представлении: вещи мы можем познавать только последовательно, переходя от одной к другой; нельзя их сразу понять, поскольку именно обособленность их во времени и показывает их отдельность, а значит их отношение друг к другу, через которое мы собственно понимаем их как вещи. Если бы мы все воспринимали одновременно, то всё бы просто наложилось друг на друга и ничего бы не было ясно: это как если мы сначала смотрим на монитор, потом на шкаф, потом на люстру и все эти картинки друг на друга наложатся – если бы так происходило постоянно, то никаких картинок бы и не существовало. Восприятие всегда последовательно, поэтому монитор отделен от люстры, от батареи, от шкафа тем, что их восприятие разделено во времени, то есть именно последовательным существованием. Последовательность их существования определяется устройством нашего сознания, которое функционирует с помощью внимания только последовательным образом, а значит не одновременно.
