Я снова была маленькой девочкой. Ноги, в голубых лаковых ботинках, свободно болтались внизу.
- Я принес сахарную вату. – Прозвучал голос отца.
- А мама нас не отругает?
- Мы ей не скажем. – Рассмеялся папа, и в руках тут же оказалось белоснежное облако на палочке.
- Почему мы здесь? – Спросила я, и голос эхом раздался по улице.
- Мама задерживается.
- Нет, - я замотала головой, нахмурившись, - неправда.
Отец смолк. Его размытый образ протянул мне руку.
- Пойдем, нужно тебе кое-что показать.
Спрыгнув с лавочки, я поравнялась с ним. Внезапно я стала на голову выше.
- Ты уже большая и сильная. – В голосе мужчины проскользнула отцовская гордость.
- Это неправда, я маленькая и слабая. - Мир снова увеличился в моих глазах.
- Чего ты боишься?
Я промолчала, сжав кулачок.
- Знаешь, а ведь ты родилась в удивительно звездную ночь. Вероятно, тебе уготовано совершить нечто грандиозное.
- А если я не хочу?
Отец рассмеялся:
- Судьбу нельзя уговорить поменять свои планы, малышка.
- Но почему я? – Голос снова приобрел взрослость.
- Не знаю. – Он пожал плечами. – Это тоже самое - родись ты мальчиком. Никому не дано узнать тайну вселенной. Просто так распорядилась судьба. Это нужно принять.
- А я не хочу ее принимать, мне страшно…
- Всем порой страшно, милая. – Отец приобнял меня за плечи.
Пейзаж вокруг стал рябым. Мы то шли по аллеям, то оказывались в многолюдных районах. Светило солнце, а потом небо обволакивали тучи. Шел дождь, затем снег, падали зеленые листья вместе с мелкими цветами похожими на полевые ромашки. Каждый мой шаг менял картинку вокруг. Когда отец протянул руку, я ступила на лестницу, схватившись за перила из ветвей и лозы.
- Куда мы идем? – Голос звенящим эхом полетел далеко вперед.
- Я покажу тебе то, ради чего ты родилась.
- О чем ты? Разве это не секрет?
Внезапно мы остановились. Ступени закончились. Впереди показался обрыв и кучерявые молочные облака похожие на ту сахарную вату, что дал мне отец. Рука папы поднялась перед ними в повелительном жесте, и облака услужливо отошли, обнажая звездное небо.
- Это место именуется Межмирьем. Оно объединяет обе вселенные тонкой прослойкой. Однажды баланс двух миров был нарушен и чтобы это предотвратить, одна из звезд упала в здешний мир, - он провел пальцем по воздуху, - расколовшись на три больших части и два маленьких осколка. Так появились хранители – защитники границ. Они обязались предотвращать катаклизмы и войны, получив необычайные способности в дар. Но произошло нечто отвратительное, - голос отца взлетел подобно разгневанной трели, - в сердцах последующих хранителей зарделась алчность. Вместо того, чтобы бороться со злом, они примкнули к нему. Жертва звезды… ее дар оказался напрасным. Прамать в гневе и желает вернуть кристаллы назад - в Межмирье.
- Откуда ты это все знаешь?
Отец не ответил на мой вопрос:
- Объединив осколки в единое целое, глупцы создадут силу не предназначенную для человека. Первородная энергия пробьет границы миров и тогда пострадают не только обе вселенные. Это полностью сотрет баланс всего сущего…
- Но как они это сделают? – Закричала я, прерывая внезапные потоки ветра. – Как они объединят кристаллы? Один из осколков в моем мире, не в здешнем. – Я закрыла лицо руками. – А другой - у меня. У них просто не выйдет.
- Звезда – энергия. – Взревел голос существа. Я осознала, что передо мной был вовсе не отец, а лишь его образ, созданный моим сознанием. – Энергия восполняема другой энергией. Так появились светила и сама вселенная. Круговорот. Две сильные жизни за два осколка. Баланс.
Вихрь усилился, подталкивая все ближе к обрыву. Я попыталась ухватиться за одну из лоз, но та выскользнула из руки, оцарапав ее.
- Кто ты? – Успела выкрикнуть я, перед тем как провалиться вниз.
***
Я открыла глаза с резким придыханием.
В комнате царила тишина прерываемая сопением Рэна.
Не шевелясь, я смотрела на деревянный потолок и чувствовала, как капельки пота стекают по лбу и шее. Ладонь горела огнем. В полумраке я осмотрела кожу, но раны на ней не было.
«Интересно, видят ли такие же сны Теллур и Костел?»
Ощущение падения все еще цеплялось за мое сознание, сердце бешено колотилось о ребра. Я забилась под руку юноши и прикоснулась лбом к его груди. Руки немного потряхивало.
Сделав рваный вдох и выдох, я закрыла глаза, полностью сосредоточившись на дыхании Рэна.
Дверь с глухим стуком открылась, отчего я подскочила в полудреме. Чуть потупив взгляд, напряженные мышцы расслабились. В дверях стояла взволнованная Тара.
- Ена, вставай!
- И тебе доброе утро, малявка. – Буркнула я, убирая прилипшие к щеке волосы.
- Там такое! – Проглатывая слова, возбужденно тараторила девочка.
- Что случилось? - Я снова напряглась.
- Родители здесь.
***
Сидя на кухне и сверля глазами стол, я варился в котле собственных мыслей.
Осознание того, что я могу быть принцем и единственным, насколько это известно, выжившим из династии Траверсов, взрывало всю мою привычную жизнь.
