Рюкзак исчез в пасти личинки. Они услышали лязги и скрип металла: зубы личинки пытались перемолоть металлические инструменты. Путники не стали ждать, пока она все прожует, – бросились к выходу. Миновав тело первого золотого жука, они стали высматривать кусочки одеяла, которыми отмечали свой путь.
– Возьми мой рюкзак, – бросил Сэл, сбрасывая его на ходу. – Там рация и образцы ДНК – доберись до выхода и радируй о помощи.
– Я тебя не оставлю, – сказал По.
Но ему пришлось подчиниться.
– Ты один можешь идти быстрее, чем эта штука может ползать.
– Мы не видели, как быстро она может передвигаться.
– О нет, видели, – возразил Сэл.
Он немного отступил назад и поднял лампу.
Личинка отстала от них метров на тридцать и приближалась очень быстро.
– Она идет на свет или на тепло наших тел? – спросил По, разворачиваясь и переходя на бег.
– Или на углекислый газ нашего дыхания? Или на вибрацию поверхности под нашими ногами? На биение пульса? – Сэл протянул ему посох. – Возьми и беги.
– Что ты собираешься делать? – спросил По, не делая попыток взять посох.
– Если тварь идет на свет, ты сможешь ее опередить, если побежишь быстрее. При свете это проще.
– И что?
– Выберешься и позовешь на помощь.
– Ага. Я буду звать на помощь, а она будет тобою закусывать.
– Я жесткий и жилистый.
– Это создание грызет камни.
– Держи лампу и выметайся! – крикнул Сэл.
По еще мгновение помедлил, а затем взял посох. Сэл с облегчением убедился, что юноша держит обещание слушаться его во всем.
Похоже, личинка действительно движется на свет.
Это подтвердилось, когда Сэл замедлил шаг и стал наблюдать за приближением личинки, он вдруг увидел, как она устремилась не к нему, а забирает вбок в направлении По. И когда юноша побежал, червяк тоже ускорился.
Он прополз мимо Сэла. Личинка в обхвате была более полуметра. Она передвигалась как змея, извиваясь туда-сюда.
Тварь могла догнать По, пока он будет продираться на карачках сквозь узкий лаз.
– Брось лампу! – крикнул Сэл. – Брось ее!
Через несколько секунд Сэл увидел пятно света на стене пещеры, сбоку от входа в туннель. По уже скрылся в нем.
Червяк проигнорировал лампу и пополз в туннель следом за юношей. Личинке не нужно было вставать на карачки или сгибаться в три погибели – она легко его догонит.
– Нет. Нет, стой! – в отчаянии крикнул ей Сэл и осекся, боясь, что По его услышит и последует приказу. – По, быстрее! Беги!
А затем Сэл мысленно заорал в туннель: «Остановись, вернись сюда! Вернись в пещеру! Вернись к своим детям!»
Он знал, что это безумие, но ничего больше ему в голову не приходило. Жукеры общались телепатически, а это – тоже крупная насекомообразная форма жизни с родной планеты жукеров. Может, с ними можно говорить так же, как королевы ульев разговаривали с отдельными жукерами – рабочими и солдатами?
Говорить? Глупость какая. У них не было языка. Они не могли
Сэл замер и отчетливо представил себе золотого жука, лежащего на полу пещеры. Ноги его шевелились. Рисуя в своем воображении эту картину, Сэл попытался почувствовать голод – или, по крайней мере, вспомнить ощущение голода. Еще лучше – ощутить настоящий голод. В конце концов, он не ел уже несколько часов.
Затем он нарисовал в воображении, как личинка приближается к золотому жуку. Описывает вокруг него круги.
Личинка высунулась из туннеля. Сэл не слышал крика По – значит, она его не догнала. Может, он уже вышел на солнечный свет, ослепивший червя, который не смог продолжать погоню. Или же тварь откликнулась на воображаемые картинки и мысленный зов Сэла. Как бы то ни было, По был снаружи и в безопасности.
Однако оставалась вероятность, что личинка просто решила не заморачиваться шустрой жертвой, а вернуться к той, которая замерла в неподвижности, прижавшись к колонне.
