А ведь были немыслимые предсказания. Например, наш священник Абель, посаженный в тюрьму за всякие пророчества, назвал заранее за десять лет точную до часа дату смерти Екатерины, а затем и Павла1. Нострадамус пророчествовал через столетия об убийстве Кеннеди и гибели девяти космонавтов «Челленджера». Или роман Моргана Робинсона «Тщетность», в котором за 14 лет до трагедии в деталях описана катастрофа с трансатлантическим пароходом «Титаник». Совпадают многие технические данные, количество пассажиров, время столкновения с айсбергом. Даже название судна было «Титан». Или другое поразительное пророчество. В 1838 году в «Повести о приключении Артура Гордона Пима» Эдгар По рассказал, как корабль потерпел крушение и четыре спасшихся человека много дней скитались на шлюпке по океану. В конце концов, трое убивают и съедают своего товарища по имени Ричард Паркер. А через 46 лет всё рассказанное воплотилось в жизнь. Утонуло судно «Магнометт». В живых осталось четыре члена экипажа. И, конечно, после многодневных скитаний одного из них слопали. Самое поразительное, что звали его именно Ричард Паркер. А вот попроще факты, но из нашей российской жизни. Достоевский в «Бесах» за пятьдесят лет предсказал сроки революции. Поэт Андрей Белый писал: «Я умру от солнечных стрел» и умер от солнечного удара. Историк Татищев и философ Сковорода ничем не болели, но за день до смерти вырыли себе могилы. Кто-то рассказал, видно, им о воле Божьей».
«Опять ты всё путаешь! Смерть происходит не по чьим – то командам: там командовать некому. Эти вещи программируются думающей материей в душе каждого. Вы, люди, всё усложняете. Я уже говорил тебе, что в бесконечном мире нет понятия времени. Всё совершается практически одновременно. Поэтому кое-кому из вас для стабилизации жизни на земле иногда сообщают сведения из тех, что предстоит пережить. Вот и все чудеса. А сверхчувствительные натуры могут сами с небольшой степенью точности интуитивно проникать в параллельно идущую будущую жизнь».
У меня, естественно, есть и свои мысли по поводу обсуждаемых в этом разделе понятий. Но если кратко, то, на мой взгляд, в мире многое происходит не случайно, а по воле каких-то высших материальных сил и систем, о которых пока нам знать ничего не дано. Их действия могут проявляться только в результатах. И это совсем не религия. Как не связаны с Богом закон всемирного тяготения, или непостижимый для Чубайса закон Ома, и многие другие связи и процессы, обеспечивающие жизнь вселенной.
Некоторые факты подобных проявлений в области происхождения человека не дают мне покоя. Как и многих творческих людей, меня потрясает филигранная продуманность и гениальная логика окружающего нас мира. Ограниченное человеческое сознание поражается непостижимой его сложностью и уникальностью. Особенно трудно понять бесконечное разнообразие творений. Ведь куда проще штамповать типовые изделия с узкой номенклатурой. Для каких целей многомиллиардную численность людей помечают особыми яркими и сугубо индивидуальными знаками различия: по внешнему виду, голосу, рисункам кожи на пальцах, ушах, подошвах, разводами в глазах и т. д. А сложнейшие индивидуальные структуры ДНК? Отличаемся мы друг от друга уже совсем с пелёнок и с точки зрения черт характера, в первую очередь, проявлением в разной степени добра или зла, спокойствия или нервозности, любви или ненависти. Откуда эти свойства у младенца, не успевшего пройти курс воспитания жизнью. Уже признано психологией, что индивидуальные особенности человека, в том числе темперамент, не передаются по наследству, является врождёнными и проявляются с самого рождения. Но как они попадают в него? Известно, что виды не допускают каких-либо скрещиваний или сканирования. Это тоже отвергает дарвиновскую теорию их происхождения.
Я давно пытался понять предназначение особенностей во всём каждого индивидуума, и считал, что именно в этом разнообразии заключён главный знак разумного, запроектированного, а не случайного творения всего сущего. С другой стороны, создание набора совершенно уникальных личностей позволяет достаточно обоснованно предположить, что проводится какой-то сложнейший эксперимент. Для чего это нужно, нам знать не дано. Для сравнения, для выбора, а, может быть, и для более грандиозных целей, которых нам никогда не понять. Поэтому дальше занавес закрывает самую главную часть интриги: в чём опыт состоит и чем заканчивается, в том числе для каждого из нас?
