Сегодня на суде было трое «смертников». Трое придурков, которые никак не могут уяснить правила. Поел — убери тарелку! Незачем оставлять ее посередине стола, где она привлекает лишнее внимание. Эти идиоты оставили трупы на видном месте, просто бросили их! Мне нужны люди, которым я могу доверять, на кого положиться, а за этими нужно постоянно убирать. У меня нет ни времени, ни желания на это. На площадку заехала знакомая машина. А он что тут делает? Скучно стало?
— Кассий, добрый вечер.
— Ты издеваешься, Шел? Вместо того чтобы заниматься делами, я должен в очередной раз макать этих щенков мордой в собственное дерьмо, чтобы до них, наконец, дошло.
— Если твои люди не выполняют правила, это твоя вина, как хозяина. Значит, плохо объясняешь.
— Сегодня я объясню так, чтобы было понятно. Кстати, ты не один?
— Одна из моих девочек, мы заскочили по дороге.
— Понятно.
Тут двое моих людей привели «подсудимых». Я запрыгнул на железный контейнер, чтобы видеть сразу всех.
— Сегодня мы с вами собрались здесь, чтобы засвидетельствовать, что идиот — это навсегда. Эти три молодых гребаных засранца нарушили один из важнейших пунктов, оставили трупы на всеобщее обозрение. Я, на самом деле, устал уже говорить, что вы подставляете, в первую очередь, меня. А я это не люблю. В моем районе все должно быть под моим контролем, а если вы этому мешаете, то исход может быть только один. За ваш проступок есть только одно наказание. И оно вам совсем не понравится, но мне, честно говоря, плевать. Я сделаю вам огромное одолжение и, для начала, выслушаю причины вашего поступка. Если они покажутся мне нестоящими, вы пожалеете. Ты! Шаг вперед! — крайний энерг сделал шаг ко мне, не решаясь поднять глаза. — Я тебя слушаю.
— Хозяин, я столкнулся ранее с другим энергом, у меня почти не осталось сил…
Я не стал слушать дальше, хватая его за горло.
— И ты считаешь, что этого достаточно для убийства? Ты мог остановиться! Ты мог позвонить кому-то! Какого х%я я тогда выдаю вам телефоны?
Видеть вину в его глазах, где-то там, спрятанную за страхом, этого было достаточно для меня. Я забрал всю его энергию, оставляя пустую физическую оболочку. Теперь перейдем ко второму.
— Я узнал важную информацию! — закричал он, делая шаг вперед. — Заговор против вас. Пришлось потратить много энергии, чтобы меня не заметили. Поэтому я был уже не в себе, когда наткнулся на человека, а там машина… я просто не успел…
— Какой заговор?
— Люди Малкольма разговаривали между собой, обсуждая нападение. Оно запланировано их хозяином. Им нужна территория.
— Так, с тобой мы поговорим позже, — неужели, этот сукин сын никак не успокоится, и надеется справиться со мной? — Теперь ты!
Третий вышел вперед, и я сразу понял, что этот тоже не жилец. Его глаза бегали, выдумывая причины, которых в действительности не существовало.
— Я… я…
— Понятно.
Вот и второй труп. Поручил одному из сопровождающих энергов избавиться от тел, а второй вместе с «временно спасенным» отправились со мной. Шел молча развернулся и вернулся в машину. Меня мучило чувство, что я что-то упустил, сделал неправильно. Но это было не связано с теми двумя трупами. Здесь что-то другое, только что? Оборачиваюсь, глядя, как Шел выруливает за границу складов и уезжает. Черт, в чем же дело? Ладно, потом подумаю, сейчас надо разобраться с заговором.
Когда Валери вошла в кабинет, я понял, что ситуация не изменилась. По крайней мере, в лучшую сторону. Нет, она только ухудшилась, судя по выражению лица девушки. Она была поникшая, в глазах было выражение, которое появляется у человека, узнавшего что-то плохое и смирившегося с этим.
— Валери? Что?
Она снова отказывается, только теперь не так охотно, будто устала. И я все-таки добился ответа.
— Я видела.
Что она видела? В голове мелькает миллион мыслей, одна хуже другой. Она видела, как мои люди притащили через черный ход того энерга. Черт! Вот почему она так вела себя. Надо как-то объяснить, успокоить. Но я не успел. Следующая фраза заставила мое сердце споткнуться.
— Это не все. Я была на суде.
На суде? Но как? Откуда она узнала? Шел! Вот кто был тогда в машине! Теперь понятно, откуда у меня было ощущение неправильности происходящего. Она все видела. Дьявол! Почему я не сказал ей? А как бы я мог? Так, чтобы она не убежала, чтобы не смотрела с ненавистью и отвращением? Я попытался объяснить сейчас, но она снова разбила мою защиту, поняла истинную причину наказания. Слишком умна, чтобы не понять. Поэтому и влюбился. Да, теперь я могу признаться себе в этом. Нужно выпить, иначе я потеряю контроль над собой.
