Я отдала телефон и парень ушел. Медленно идя вниз по улице, размышляла о том, что сейчас услышала. Суд. Он будет судить и наказывать кого-то. За какие нарушения судят? И какие наказания за них дают? Уж точно, не тюрьма. Но что-то серьезное, чтобы нарушитель даже не помышлял о повторении. Учитывая, что они энерги, наказание должно быть связано с этим. Кассий заберет их силы? Но тогда они могут сорваться на ком-то из людей, и это снова приведет к суду. Я так думаю, это входит в пункт нарушений. Кассий же говорил, что Варгас был бы наказан за нападение на меня. Что я увижу завтра? Как я стану относиться к нему после этого? Даже понимая, что нарушители заслужили наказание, мне тяжело будет это принять. Наверное, потому, что я сама никогда не смогла бы пойти на такое. Причинить кому-то вред. Те случаи, когда я защищала себя — не в счет, это инстинкт самосохранения, который присущ даже животным, не то, что людям. В этом нет ничего особенного, но вот причинить боль тому, кто не нападает? Кто безоружен и склонен перед тобой… нет, никогда.
Следующие сутки прошли в смятении и волнении. К моменту, когда за мной приехала машина, я была на взводе, мозг закипал, нервы истерзаны.
— Что-то ты выглядишь не очень, — съязвил Шел.
— Вашими стараниями, — ответила я.
— Почему это тебя так волнует? Он же просто твой хозяин.
— Он не хозяин. Я пришла добровольно.
— Да? Надо же! А можно узнать причины?
— Нет. Это личное.
— Знаешь, если бы речь шла не о Кассии, я бы подумал, что ты запала. Но в данном случае…
— Вы правы, это не тот случай. А почему вы говорите, если бы речь шла не о Кассии? Неужели это так странно, что он может кому-то приглянуться?
— Конечно! Это же Кассий! Для него все люди, да и энерги — только средства достижения собственных целей. А те, кто не оправдывает его надежд… ну, их больше никто не видел. Кассий не любит разочаровываться. Мне даже любопытно, чем ты приглянулась ему? Он старается держать тебя в неведении, чтобы не спугнуть. Значит, ему что-то нужно от тебя. Что?
— Я не знаю. Мне он тоже не сказал.
— Ты спрашивала?
— Да. Он сказал «я так хочу».
— Понятно, значит, ты ничего не узнаешь, пока он не получит то, что ему нужно.
— Но у меня нет ничего! Вообще!
— Ему виднее. Ладно, когда приедем, я вылезу из машины и пойду к нему, а ты тихо сиди и молчи. Если он спросит кто в машине, я скажу, что одна из моих девочек. Потом я отвезу тебя назад к клубу. Поняла?
— Да.
Спустя минут пятнадцать мы приехали на какие-то склады. За очередным поворотом я увидела несколько машин и людей возле них. А может, энергов, я не знаю. Вокруг был сетчатый забор, груды покореженного металла и ни одного источника света. На несколько километров вокруг — ни души. Что бы здесь ни случилось, никто не услышит. Отличное место для суда. Только вот с каждым метром мое сердце стучит все чаще, ладони потеют от страха. А вдруг он узнает, что я здесь? Вдруг, захочет посмотреть? Что тогда? Он накажет и меня? Посчитает предательством?
— Успокойся, все хорошо.
— А если он узнает, что я здесь?
— Не узнает. Но заинтересуется, если увидит страх.
— Как увидит?
— Дорогая, энерг видит ауру живого человека сквозь металл. Когда ты боишься, твоя аура меняет цвет. Кассий поймет, что что-то не так. Мои девочки бояться не будут. По крайней мере, так панически. Мне самому невыгодно, чтобы он тебя нашел сейчас, так что успокойся.
— Хорошо, — я несколько раз глубоко вздохнула, успокаивая сердце.
— Отлично, я пошел.
