От непосредственного пилотирования боевых машин военные отказались очень давно, ещё в доантигравитационную эпоху, когда летательные аппараты использовали реактивный принцип движения. Наличие внутри машины пилота заметно ограничивало её возможности. Человек гораздо менее устойчив к перегрузкам, ему требуется обеспечивать микроклимат, нужно выделять значительное по объёму место для его размещения, заботиться о его безопасности – и путём улучшенного бронирования кабины, и через оснащение машины катапультным устройством вкупе со спасательными средствами. Всё это умопомрачительно невыгодно как с экономических позиций, так и потому что впустую растрачивает внутреннее пространство, которое можно было бы заполнить дополнительным оборудованием и вооружением, то есть боеспособность машины падает. Ещё более удручающей рентабельность пилотирования становится, если подсчитать, сколько средств тратится на подготовку квалифицированного пилота, которого в непосредственном бою очень легко потерять, плюс ему нужно платить зарплату, в случае гибели выплачивать значительную компенсацию его семье. А если боевая необходимость потребует пожертвовать машиной ради достижения некоей важной цели? Когда в ней человек, о жертвах можно забыть, никто на такое не пойдёт. Ну и для чего это всё? Особенно с учётом, что от самого пилота в бою пользы чуть. Выявлять цели, определять их на предмет свой-чужой, наводиться на них, выбирать оружие и тип боеприпаса для осуществления наиболее эффективного поражения противника, открывать огонь, совершать манёвры уклонения от вражеского огня, ставить заградительный огонь, активировать средства активной защиты – в современном бою всё это делает интеллект машины, он гораздо быстрее человека, умнее, внимательнее, многозадачнее, не совершает глупых ошибок, не впадает в панику или ступор, не теряет сознание от перегрузок, не подвержен эмоциям, владеет математическим языком и может за доли секунды выполнять расчеты по сложным формулам и алгоритмам. Пока средства связи и интеллектуальные устройства были далеки от совершенства, пилот ещё имел смысл как подстраховка на случай потери связи или сбоя электроники. И то выгоды от такой подстраховки были крайне сомнительными на фоне «убытков» от неё. Как только появились достаточно надёжные модели ИИ (искусственного интеллекта) и ТР (технического разума), пилоты как явление окончательно сошли с армейской сцены.
Теперь скажем о пилотировании наземной техники. Нюанс наземного боя в значительно меньших скоростях перемещения по сравнению с воздушным. Поэтому перегрузки здесь не являются существенным препятствием для пилотирования. Однако интенсивность боя из-за медленной смены позиций только возрастает, к тому же сам бой становится более непредсказуем, враг может неожиданно появиться откуда угодно – из-за укрытия, крупного предмета, стены, нарисоваться в близлежащем или удалённом здании, вылезти из канализационной коммуникации, и т.д. Скорость принятия решений в наземном бою может быть просто умопомрачительной, а риск погибнуть здесь гораздо выше. Соответственно, при отсутствии подавляющего преимущества над противником, использовать пилотов в наземном бою просто глупость, граничащая с преступлением. Отдельно строкой хочется сказать про шагающие машины – боевых двуногих роботов. Ускорений-то особых в наземном бою нет, а вот тряска и вибрации, особенно в машинах с ходильным шасси, иное дело. Фантастические фильмы древности о пилотируемых шагающих гигантских роботах вызовут у современного военного улыбку, не то весёлую над наивностью древних фантазёров, не то сочувствующую пилотам этих фантастических творений. Когда вы едете в колёсном транспорте и под колесо попадает камень или выбоинка, вы это хорошо чувствуете. Теперь представьте, что должен чувствовать человек внутри идущего, а то и, не дай бог, бегущего многотонного гигантского робота. Один шаг, и всё, и перелом позвоночника с сотрясением мозга гарантированы. Известно, что в первых реальных экспериментах с шагающими боевыми машинами пытались применять сложные системы амортизации. Но всё равно находиться внутри такого агрегата была пыткой для пилота. А если система амортизации выходила из строя… Обычно это заканчивалось для него либо долгим скитанием по госпиталям, либо дорогой в один конец на кладбище.
