— Ах, вот оно что! В дни революции для блага союзной армии вы не решаетесь сбить несколько замочков, аккуратно навешенных хозяевами. Хороши революционеры! Нет, господин Брентано, я вижу, что присутствие нашего отряда в Карлсруэ просто необходимо.
— Господин Энгельс! — В глазах Брентано металось отчаяние. — Что же молчите вы? Мы с вами старые… — Он хотел сказать «старые друзья», но вовремя осекся. — Мы же не так давно беседовали с вами. Скажите свое слово. Объясните господину Виллиху абсурдность его затеи.
Энгельс немного помолчал, потом неторопливо проговорил:
— Господин премьер, когда я увидел вас выходящим из кареты, я подумал, что вы приехали взять пошлину за наш вчерашний проход по Книлингенскому мосту.
Брентано вспыхнул, повернулся и пошел к карете, офицер поспешил за ним. Виллих и Энгельс сели на лошадей. Когда они обгоняли карету, премьер крикнул им на прощание из окошка:
— Учтите, вас все равно не впустят в столицу. Силой не впустят!
— Посмотрим! — крикнул Виллих.
Действительно, когда через час подошли к городу, вчерашний заслон оказался в полной готовности, чтобы силой не пустить отряд в город. Весь расчет, как видно, состоял в надежде на нерешительность волонтеров. Но Виллих спокойно и твердо сказал командиру заслона:
— Лейтенант, даю вам пять минут на размышление. — Он посмотрел на часы. — Если через пять минут вы не уберете с нашей дороги своих воителей, я разворачиваю отряд к бою. Понятно? Все!
Лейтенант пытался что-то объяснить, Виллих не стал его слушать, повернулся и пошел к солдатам.
Через пять минут путь был открыт. Отряд вошел в город. Оказалось, Брентано лгал, когда говорил, что столица приютила пять тысяч пфальцских войск. Город был почти свободен от солдат. Основная масса войска по-прежнему размещалась в окрестностях столицы, а не в ней самой. Поэтому найти квартиры для постоя отряду Виллиха не составило большого труда. Для этого были выбраны две соседние улицы в северной части города.
Первый день пребывания отряда в Карлсруэ ушел на то, чтобы пополнить вооружение, починить обувь и одежду. При этом произошла новая стычка с Брентано. Он довольно легко согласился на выдачу некоторого количества шинельного сукна для отряда, но об оружии ничего не хотел и слышать. Разговор происходил в его премьерском кабинете. Виллих и Энгельс сидели в креслах, а Брентано от волнения даже встал за своим роскошным письменным столом.
— Поймите же, господа, я не могу вам дать ни одного ружья, ни одного карабина, ни одной сабли — у меня их просто нет!
— А если мы подскажем, где их можно раздобыть? — спокойно спросил Виллих.
— Можно раздобыть? — Премьер недоуменно пожал плечами. — Что вы имеете в виду? Уж не хотите ли вы, чтобы я пополнил ваше вооружение за счет какого-нибудь другого отряда?
— Нет, мы знаем совсем иной источник, — так же спокойно сказал Виллих.
— Другой? Боже милостивый, где он, этот источник? Скажите скорее! Я первый побегу туда, чтобы взять себе пистолет и саблю.
— Этот источник, — спокойствие Виллиха перешло в неумолимую жесткость, — во дворце бежавшего герцога Леопольда.
Брентано как от внезапного удара опустился в кресло.
— Господа! — Он сделал попытку весело засмеяться, но у него ничего не вышло. — Это же всего-навсего коллекция. Любительская коллекция! Как можно всерьез говорить о таком источнике вооружения?
— В сей любительской коллекции, — вступил в разговор Энгельс, — несколько десятков пистонных ружей, огромное количество сабель и палашей. Мы уже выяснили это.
Брентано растерянно переводил взгляд с одного посетителя на другого.
— Мне хорошо известна ваша обстоятельность, господин Энгельс, — сказал он наконец с оттенком иронии, — но, как образованный человек, вы должны понимать, что коллекция… как бы выразиться? — это в некотором смысле реликвия, историческая ценность…
— Вы еще скажите «святыня», — резко бросил Энгельс.
— Если угодно, да…
— Мы уже видели, как рьяно вы охраняете иные святыни. Дворцы бежавших аристократов пустуют, а солдаты союзной армии ютятся по деревенским избам. Теперь вы встаете на защиту еще одной святыни. Уж не в этом ли вы видите свою главную обязанность в восстании?
Брентано хотел что-то возразить, но Виллих не дал ему сказать:
— Господин премьер-министр, мы просим вас дать распоряжение, чтобы наших людей пустили во дворец великого герцога. Напишите записку начальнику охраны или выдайте пропуск.
Брентано снова вскочил:
— Никаких распоряжений подобного рода я писать не стану и пропуска не дам! Я не могу допустить подобного беззакония и хаоса!
— Во дворце герцога пылится оружие, а солдаты революционной армии вооружены косами. Это, по-вашему, законно? — Энгельс негодующе откинулся на спинку кресла.
Виллих опять упредил ответ Брентано:
— Господин премьер-министр, если вы не дадите нужного разрешения, то мы прямо отсюда направляемся в свой отряд и ведем его на штурм дворца.
— Вы хотите братоубийства, кровопролития? — Брентано воздел над головой руки.
— Мы хотим оружия.
— Вы ничего не получите. Ничего! Нет, нет и нет!
