Охотника на еретиков вывели на помост и поставили на колени. Песня резко оборвалась, и на помост взобрался невысокий мужчины с мощным обнаженным торсом. Его уши оттягивали вниз многочисленные золотые кольца. Жрец передал ему позолоченный меч и прокричал: - Готов ли ты принять новую ступень, посвященный? Готов ли ты стать львом Матри, её клинком, её мускулами, её кулаками? - при этом жрец больше обращался к толпе, чем к человеку с мечом.
- Во славу Матри, - человек принял меч и сделал шаг назад. Жрец спустился с помоста, а толпа полностью замолчала. Корнелио стало жутко от этой тишины. Доски заскрипели под ногами мужчины с мечом. - Твой палач идет к тебе, брат, - прошептал Корнелио. Его рука нырнула в ворот рубашки и сжала нательную молнию.
Связанный охотник поднял голову в мешке. Корнелио видел, как он пальцами связанных за спиной рук пытается осенить себя знаком молнии.
- Да будут твои молитвы услышаны, брат. Спаси тебя Экхалор, - Корнелио приложил нательную молнию к губам. Фелиция с тревогой посмотрела на него.
- Во имя Матри! - прокричал человек внизу. Он рубанул охотника по груди крест накрест, а затем крутанулся на одной ноге и отсек хрипевшему пленнику голову. Корнелио прикрыл глаза. Сквозь веки он успел уловить всплеск света. Умирая, охотник прошептал боевую молитву, и в помост ударила молния, возникшая прямо в подземном зале.
- Никогда не видел ничего подобного. Вера этого охотника была колоссальна! - пробормотал Корнелио.
- У него был талант к магии, - кивнула Фелиция.
Люди внизу заволновались. Палач, шагнувший на новую ступень в иерархии этой ереси, поспешил покинуть загорающийся помост.
- Думаю нам пора уходить, - прошептала Фелиция. Корнелио кивнул. Они поднялись на ноги и столкнулись нос к носу с тремя подкрадывающимися матриитами. Ошарашенные неожиданным столкновением, матрииты потеряли драгоценные секунды. Корнелио схватил ближайшего за затылок и рывком толкнул с каменной площадки прямо в толпу людей, поднявших головы вверх. Второй матриит заревел, встретившись со снопом света из глаз Корнелио. Ослепленный мужчина отступился и сорвался вслед за своим соратником вниз.
Несколько вооруженных жрецов уже бежали по узким каменным ступеням наверх.
Третий матриит бросился к Фелиции, но не добежал. Он захрипел и упал на пол, с торчащим из горла кончиком меча. Корнелио освободил меч и схватил магичку за руку. Они побежали наверх под громкие крики сзади.
Наверху их уже ждали. Благополучно развязанный охранник входа и еще четверо его помощников. У двоих в руках были арбалеты. Они синхронно вскинули их вверх, прицеливаясь. В этот момент мир застыл перед глазами охотника. Он почувствовал, как воздух с трудом наполняет легкие, нехотя проталкиваясь между губ. Пыль, сверкающая в косых лучах солнца, застыла в воздухе.
Один из матриитов успел спустить рычаг арбалета, и болт застыл в воздухе, едва покинув ложе. Корнелио дернулся, мышцы медленно напряглись, но он не смог даже пошевелить пальцами. Неожиданно его локоть пронзила боль. Она острыми иголками расползалась по телу. Охотник ощутил, как онемение быстро проходит, в голове раздался взрыв и он смог сбросить оцепенение. Фелиция обхватила его за локоть, увлекая за собой к двери. Они обежали стражу, Корнелио успел заметить, что болт сдвинулся на пол пальца.
На улице Фелиция, судорожно вздохнула и упала на землю, и в ту же секунду время потекло с обычной скоростью. Корнелио подхватил магичку на руки и побежал в сторону собора. Охотник не знал города, и поэтому забегал в любые переулки, стараясь оторваться от возможных преследователей. Корнелио старался бежать к центру города, но хаотичная застройка Чермолана быстро его запутала. Охотник положил Фелицию на землю и прижался головой к холодной и влажной кирпичной стене, судорожно стараясь выровнять дыхание.
Они оказались в тупике, с одной стороны высилась городская стена, сложенная из крепких гранитных блоков, с двух других их окружали кирпичные стены казарм городской стражи. Охотник, перевел дух и осмотрел стену. Блоки выпирали прямо из стены, а на высоте примерно в два человеческих роста торчал шест, оставшийся от старого штандарта. Корнелио даже смог разглядеть остатки старой ткани. Плохо было то, что дальше шеста стены были ровно сглажены, прямо перед зубцами. Охотник мог попробовать прыгнуть с шеста, и зацепиться за каменные зубья, но он был твердо уверен, что это не удастся магичке. С истощением магических сил Корнелио еще не приходилось встречаться, и он даже не знал, как скоро Фелиция придет в себя. Охотник впрочем, и не подозревал о том, что кто-то может замедлять течение самого времени, которое как известно ровно отмерял Экхалор.
