— Я лучше повешусь, — буркнул Кратов, по стеночке выползая в коридор.
В коридоре его также поджидали.
— Я всё слышала, — задушенным басом объявила Ева-Лилит Миракль. От «страшной девушки» пахло крепким табаком, пивом и какими-то совершенно не гармонировавшими с её инфернальным обликом духами. — Так что подробности — этой выдре, а не тому суслику.
— В моём распоряжении десять минут, мадемуазель, — сказал Кратов. — И это действительно шестьсот секунд, а не три часа, как вы опрометчиво полагаете.
— Мы успеем, — просипела Ева-Лилит и угрожающе шмыгнула красной носярой. — Во что вы играете с тосиком?
— Вы, я вижу, не теряли времени даром. По крайней мере, освоили терминологию. На Земле игра называется «маджиквест». Правила её таковы…
— Я умею играть в «мадж».
— ?!
— В чём дело? Вы полагаете, что ксенология, русская водка и «маджиквест» — это привилегии мужчин?! Я ещё восемь лет назад выполнила норматив мастера.
— Тогда вам нет нужды объяснять, почему Шойкхасс выбрал именно эту игру.
— Послушаю вашу версию.
— Вы знаете, сколько лет этой игре?
— Её придумали в конце прошлого века. Кажется, в Индии…
— Ничего похожего. Её
— Наш учитель говорил про Индию! На худой конец — про Таиланд!..
— Ваш учитель был обычным самозванцем, — мягко возразил Кратов, — каких всегда полно вокруг всякого популярного времяпрепровождения. Словно мух возле сами знаете чего. Уж не знаю, чему и как он вас там учил. Так что я бы на вашем месте не слишком кичился мастерским нормативом…
— Ну вот, — пробурчала Ева-Лилит. — Только подцепишь какую-нибудь приятную заразу, и окажется, что во всём виноваты
— Барышня, вы что — метарасистка?!
— Сочувствующая. А вы?
— То, что вы называете «интеррасист».
— Было бы нелепо ждать от вас чего-то иного!
— Так вот: на самом деле происхождение «маджиквеста» уходит корнями в такую древность, что нам, жалким эфемерам, и вообразить невозможно. Изобрёл её неизвестно кто и неизвестно где. А усовершенствовали, упорядочили правила и ввели в повсеместное употребление дэшуонги с Беты Жирафа, древние рептилоиды, заложившие несколько кирпичей в самое основание Галактического Братства. Они же и подсунули её сейл-командору Майтхилишарану Арора, каковой имел удовольствие доставить «маджиквест» к белым куполам родной Индии, как вы справедливо отметили — в 89 году прошлого века. Тогда же началась, а спустя пять лет благополучно угасла эпидемия поголовного увлечения «маджиквестом», единственным следствием которой стало учреждение тысяч игровых федераций, клубов и кружков. Большая часть оных к концу прошлого века счастливо развалилась, а сам «мадж» превратился в органичную компоненту человеческой культуры, наравне с шахматами, рэндзю и, если хотите, детским лото. Несмотря на это в галактических масштабах игроки Федерации лавров не снискали. Есть, конечно, имена, чтимые под любыми звёздами. Возьмём хотя бы гроссмейстера Натана Моргенштерна, который, кстати, сейчас находится на «Протее».
— А, я его видела, игривый такой старичок, очень похожий на раввина-расстригу!
— Игривый — во всех смыслах, не исключая «мадж». Поосторожнее с ним… Вот он, например, объясняет это печальное обстоятельство естественными различиями в протекании мыслительных процессов у рептилоидов и теплокровных гуманоидов. Мы по-разному строим иерархию ценностей, по-разному прогнозируем игровые ситуации. А что ни говорите, «маджиквест» придуман рептилоидами для рептилоидов…
— Что мешало вам отказаться?
— Во-первых, моё честное слово, — усмехнулся Кратов. — Ведь не мог же я предложить ему поединок на татами!
— Вы увлекаетесь спортивными единоборствами?
— От случая к случаю… Только не стоит об этом сообщать всему миру, мисс!
— Весь мир и не подозревает о существовании «Экстра-Террестриал». Наша аудитория намного ограниченнее… Что же «во-вторых»?
— Вы знаете, что цель игры в «маджиквест» — обойти соперника в завоевании некого великолепного трофея, который возникает спустя первый десяток или два транспозиций. Иными словами, это игра в «пришедшего первым». А это значит, что мы с Шойкхассом сговорились за условным полем боя переиграть реальную ситуацию, что завела две разумных расы в тупик.
— Итак, вы дали слово, и тосс, с типичным ящерским хладнокровием, вас подловил.
