– И я даже не могу как следует на них разозлиться!
– И я тоже.
– Вы нашли мне то, о чём я просил?
– Угу, – Данбар выудил из нагрудного кармана ковбойки кристаллик в золотой оправке и перебросил Кратову. – У вас широкий спектр интересов. Я даже не поленился и сам всё это просмотрел. Ни одного упоминания о рептилоидах вообще и тоссфенхах в частности!
– В середине XXI века человечество серьёзно полагало себя одиноким во вселенной, – пояснил Кратов. – Перед ним стояли совершенно иные проблемы.
– Счастливцы! – Данбар вздохнул ещё горше. – Не ведать о тоссах и считать, что есть какие-то проблемы!
– Ганс! – окликнул Кратов.
Долговязый, угрюмого вида драйвер в мешковатом комбинезоне и шёлковой куртке поверх всего (на спине был вышит беснующийся золотой дракон с вываленным алым языком), остановился и спросил грубовато:
– Ну, чего ещё?
– Поди-ка сюда.
Ганс утолкал руки в карманы и вразвалочку приблизился.
– Ну? – буркнул он без особенного радушия.
– Летал? – строго осведомился Кратов.
Драйвер внимательно изучал гладкую, без видимых изъянов, поверхность потолка. Когда ему наскучило это занятие, он переключил внимание на пол у себя под ногами.
– Я задал вопрос, – свирепо напомнил Кратов.
– Ну, летал, – чуть слышно проронил Ганс.
– Засранец, – энергично сказал Кратов. – Орёл хренов. Из Галактики нешто хочешь вылететь?
– Ещё чего, – проворчал тот.
– И ведь вылетишь. И не то обидно, что вылетишь, хоть и драйвер ты, по отзывам, не самый скверный. А то, что репутацию ты нам запятнаешь. Опачкаешь, можно сказать, перед лицом партнёров по контакту все живые души, что есть на «Протее», своим беспримерным раздолбайством.
Ганс упёрся взглядом в дальний конец коридора, ничему не возражая.
– Садился? – продолжал дознаваться Кратов.
– Нет, – прошептал Ганс.
– Врёшь.
– Богом клянусь…
– Да ты в Бога не веришь.
Драйвер обиженно вскинул подбородок:
– Я, блин-оладья, добропорядочный христианин, православный!
– Ладно, раб божий, – смягчился Кратов. – Где хоть летал-то?
– Где, где… – пробубнил Ганс. – Где всегда… над Аркадией.
– Ещё где?
– Ну, ещё над Огигией немножко.
– Тебя кто-нибудь видел? Я имею в виду – из патруля тоссов?
– Меня и наши-то, блин-оладья, не увидят, – горделиво заявил Ганс.
– А сам-то что видел?
Драйвер мечтательно прикрыл глаза.
– Красиво там… – промолвил он после продолжительной паузы.
– Это я знаю, что красиво. А
Ганс снова зажмурился. Его обычно мрачная физиономия сделалась совершенно детской.
– Очень красиво, – ответил он. – И всё красиво.
– Иди уж, православный, – хмыкнул Кратов.
Драйвер с видимым облегчением нырнул в ближайшую дверь. Кратов посмотрел на часы: до истечения тайм-аута ему оставалось сорок минут. А он уже отдохнул, набрался сил, получил указания от гроссмейстера Моргенштерна (вопреки ожиданиям, тот всё же придумал, как реанимировать увядшего было Дождевого Мага и усилить позиции Пурпурной Леди), испортил настроение хулигану-драйверу и ещё располагал изрядным запасом свободного времени. Он не спеша двигался по коридору в сторону гибкого переходника, соединявшего «Протей» со стационаром тоссфенхов (тот носил гордое имя «Эштапсаптеокх», что переводилось как «Закованный в угольно-чёрную чешуйчатую броню» и примерно соответствовало действительности). Навстречу ему попалась стайка молодняка, в которой добрую половину составляли ксенологи, значительная часть приходилась на долю резервных операторов, а остальные были положительно не знакомы. Юнцы и юницы, как им и положено, галдели на все голоса. Завидя Кратова, они почтительно приумолкли и расступились.
– На гильотину, доктор? – участливо спросил кто-то.
– На неё, родимую, – в задумчивости ответил Кратов.
– Как там единорог? Не отдышался ещё после Грота Девяти Черепов?
– Да уж скоро отдышится.
Позади него прозвучало негромкое:
– Мягко вам грохнуться, доктор…
Кратов рефлекторно вскинул над головой два растопыренных пальца. И уже свернув за очередной поворот, вдруг понял, что его проводили традиционным плоддерским напутствием.
Определённо, в этой Галактике ничего нельзя было утаить от любопытствующих…
За поворотом его поджидал Том Ван Тондер, комиссар Звёздного Патруля. Стоял, заложив большие пальцы за широкий кожаный ремень, широко расставив ноги в голубых форменных брюках, заправленных в высокие сапоги, соблюдая на морщинистом, тёмном от «загара тысячи звёзд» лице выражение полного равнодушия.
– Вам бы платок на шею, Том, – сказал Кратов, – и два кольта за пояс. А вместо шлюза позади вас хорошо смотрелся бы добрый салун, с выпивкой, девочками и мордобоем.
– Благодарю вас, сэр, – сказал Ван Тондер. – И, если можно, звезду шерифа на грудь… Мне об этом уже говорили.
– Кто же это такой проницательный? – сдержанно изумился Кратов.
– Вы, сэр.
– Возможно… Что-то случилось, Том?
– Можно сказать и так. Мы засекли два лёгких катера тоссов, что намеревались снизиться ниже контрольной зоны над Огигией.
– И, разумеется, сбили, – понизив голос, предположил Кратов.
