— Я получила от него письмо с приказом убедить вас отправиться туда. Его точных планов не знала, но… да. Я догадывалась, что он что-то задумал для Аланны. Остальное прояснилось позже.
— Чья была идея с зачарованными браслетами?
— Сивада. На пиру он понял, что выпитое зелье держится в вашей крови недолго, вы слишком быстро его выжигали, и мы не могли ничего сделать. Тогда он предложил привязать магию к предмету, который постоянно соприкасался бы с вашей кожей. — Она мотнула грязными тёмно-золотыми прядями. — Но браслеты тоже оказались несовершенными. Аланна сопротивлялась уже через несколько часов, пока мы плыли через Мьюрдрис к Эйре. И как только пересекли мост в бухте, она начала пробуждаться.
Я сжала руки в кулаки.
— Зачем весь этот спектакль? Зачем заставила меня думать, что Мэддокс смотрит в трещину?
— Это было единственное, что пришло в голову, чтобы заманить тебя туда, прежде чем ты догадалась, что происходит.
Мэддокс зарычал глухо и яростно. Над нами ставили опыты в Анисе. Теперь стало ясно, откуда тот ступор на пиру и удивлённое лицо Ран, когда тьма встряхнула меня.
В тот день, когда я столкнулась с ней в особняке, помогала ли она Сиваду в лавке? Придумывала ли, как отравить нас с Мэддоксом, чтобы ослабить и разделить?
После того как стало ясно, насколько глубока была измена Сейдж, Мэддокс поднялся. Его шипы угрожающе выступили над плечами.
— Я не могу и не хочу простить тебе то, что ты отправила мою спутницу на смерть. Но ты приговаривала не только её — и меня тоже. Я доверил тебе свою жизнь, свои страхи, свои сомнения, доверил всё. Я защищал тебя от тех, кто считал тебя слишком колючей и равнодушной, слишком жестокой в некоторых вылазках. Ты была для меня как сестра, а пока я отдавал тебе свою жизнь в руки, ты продавала свою честь ради бредней собственного отца. Пока смеялась и пила с Гвен, ты плела заговоры, чтобы убивать и пытать невинных. — Мой спутник провёл рукой по волосам, потерянный. — Я не знаю, кто ты. Я не знаю, с кем делил жизнь все эти годы.
Сейдж продолжала скрести и скрести камень, раздирая свои раны.
— Гвен неделями была уверена, что я заколдована. — Её улыбка вышла пустой и жуткой. — Всегда-всегда такая дура.
Это сломало Мэддокса — я ощутила его боль в связи. Он резко вышел к двери. Я скользнула к полу, рядом с Сейдж.
Я думала обо всех случаях, когда она могла бы остановиться и повернуть назад, но не сделала этого. О руке, которую могла протянуть мне, чтобы я не сорвалась в пропасть. О разговоре под дубом. О слепой вере Гвен.
— Я думаю, не всё было ложью. Думаю, за той девочкой, которую сломали в Анисе, всё же прячется женщина, которая была никудышной ученицей друи, до ужаса боялась лепреконов и чьи глаза сияли звёздами на Бельтайн. Я знаю, тебя мутило от распятия герцогов и их детей, и что ты избегала нас, потому что тебя разъедала вина. Мне жаль, что твои страхи и травмы оказались сильнее тебя, Сейдж, и я не держу зла за то, что ты столкнула меня в трещину. — Я наклонилась и понизила голос, затыкая уши Мэддоксу пригоршней тьмы. — Но ты разбила сердце моему спутнику, и этого я тебе никогда не забуду. Теперь ты и твой отец знаете, что меня не так-то просто убить, и, что бы ни случилось в Гибернии, я надеюсь, ты сгниёшь в какой-нибудь яме в одиночестве, помня, что у тебя когда-то были семья и друзья, готовые отдать за тебя всё, а ты всё это предала.
Потом я вышла в коридор, оставив позади маленький осколок сердца. Мэддокс смотрел на меня с подозрением и горечью.
— Что ты ей сказала?
— Что я не привезла ей яблочных сладостей, разумеется.
Он мне не поверил, но это уже было неважно. Я взяла его за руки и потащила вниз. На лестнице, пока мы оказались на одной высоте, я поцеловала его.
Наконец его напряжённые плечи опустились, крылья расслабились, и из груди вырвался застрявший вздох.
— Чёрт, — выдохнул он.
Я обняла его крепко, он уткнулся носом в мою шею, его рог задел мой висок.
Внизу входная дверь распахнулась настежь, и внутрь ворвались Гвен, Ронан и вихрь листьев из нового сада.
— Живо, к лошадям! — закричала Гвен. — Иначе мы не успеем! Они собираются…
Из кухни выскочили Каэли и Фионн, встревоженные. Гвен застыла с открытым ртом, увидев нас на лестнице, а позади неё Ронан потер глаза кулаками. Его усы выглядели чуть поникшими.
— Я мало спал в последние дни.
— В-вы живы, — пробормотала Гвен.
— Куда мы не успеем? — потребовала Каэли. Она схватила Гвен за руки и встряхнула. — Говори сейчас, а потом уже реагируй!
— Это принц, — сказал Ронан. — Он направляется к Камню Судьбы, чтобы доказать, что он законный наследник.
Глава 50
Аланна
