Первый танец напоминал вальс. Пары входили поочерёдно, друг за другом, в кружащуюся вереницу. А Энтони не мешал телу исполнять нужные действия, сосредоточившись на разговоре с Федерикой. А ту интересовало, очень интересовало, какие такие дела у парня образовались с целительницей Неви и главой академии. Пришлось изрядно напрячь мозги, выворачиваясь из-под пристального взора следователя…
Закончилась межтурная весёленькая музычка. И в зал потекла очень плавная, красивая… и, как показалось Энтони, грустная мелодия. А парень вывел в зал Минди.
На губах девушки играла лёгкая улыбка.
— Скажите, Энтони, — заговорила девушка, когда они влились в неспешный ритм. — А вы много путешествуете?
В памяти парня промелькнули картины разрушенных европейских городов, обгоревшие высотки Сеула, забитый машинами отрезок шоссе, где сидели… мумифицированные тела. Воронки от ядерных взрывов.
(Да, маги гораздо более устойчивы к воздействию радиации)
— Это не назвать путешествиями, леди Минди, — ответил парень. — Я не посещаю живописные места. Мои поездки всегда связаны с конкретными делами.
— Энтони, можно попросить вас?
— Попросить можно.
— Называйте меня просто по имени… хотя бы во время этого тура, — улыбка девушка вышла чуть грустной.
— Хорошо, Минди, — согласился Энтони.
— А теперь я вас спрошу… кое-что, возможно, не очень вам приятное, Энтони. Вы же… Как бы это сказать… Строили отношения с несвободными женщинами?
— К чему вы это спросили?
Рука девушки на плече парня дёрнулась.
— Мне остался всего год… этой жизни, — произнесла Минди. — Моя семья уже выбрала мне мужа.
Девушка вздохнула.
— Спасибо вам, Энтони, — улыбнулась она. — Что подарили мне эти ощущения. И… Пожалуйста, ничего не спрашивайте. Просто будьте и дальше таким.
«Девичьи переживания».
— Это не трудно, Минди.
И к чёрту нелогичности. Трудно что ли девушку потанцевать без обсуждения вопросов бытия?..
… А потом, уже ожидаемо, он повёл на танец Элен. Девушка явственно смущалась и шла с такой прямой спиной, словно они выходили в номинации «Лучшая осанка».
— Элен, — произнёс Энтони. — Для того, чтобы вас так не сковывало, нужно не смотреть на лицо. Сначала нужно привыкнуть.
— Что? — нахмурилась девушка.
— Смотрите на брошь, — спокойно произнёс Энтони. — Сосредоточьте на ней всё внимание. И тогда тело само вспомнит, что ему нужно делать. И можете жать мою руку со всей силой, если вам нужно. Поверьте, вы ничего не сломаете. Эта нежная ручка недавно крушила чужие челюсти.
Девушка вскинула чуть удивлённый взор. Потом, видимо, вспомнила, как они втроём приезжали в учебный лагерь.
— Никогда не задумывались? — продолжать отвлекать Энтони.
Они остановились, развернулись друг к другу.
— Для чего люди придумали танцы? — девичья ладонь, довольно крупная, легла на плечо парня.
— Нет, — отрывисто ответила девушка.
Вступление перешло в основную часть мелодии. И Энтони, не давая на этом сосредоточить внимание, фактически втащил девушку в первое па. В этом танце это было отступление мужчины назад, а женщина шагала вперёд.
— Сначала придумали музыку, — произнёс Энтони. — Заметив, что некоторые звуки что-то делают. Трогают нечто в груди. А их ритмичное повторение вводит в особенное состояние. Но меня всегда больше интересовали именно парные танцы. Почему они нам так нравятся? Мы тратим серьёзные деньги, время, силы. И всё для того, чтобы… ощутить некую едва уловимую красоту. Почувствовать не телом, но душой некие вибрации.
Во время этих слов Энтони твёрдой рукой направлял все движения их пары. Заставляя тело партнёрши вспоминать, что она изучала. Два прохода и парень ощутил, что напряжение у Элен отступило. Не до конца, но девушка уже не так деревянно двигалась.
— А парой мы это делаем затем, — произнёс Энтони, слегка улыбаясь, когда Элен посмотрела на него. — Чтобы ощутить эти прекрасные эмоции вместе.
— Зачем вместе? — не поняла дама.
— Потому что совместное переживание усиливает радость и облегчает горе, — ответил Энтони. — Потому что нам, банально, нравится, простите за некоторую вульгарность, трогать человека противоположного пола. Поэтому же, сильно не нравится, когда кто-то другой или другая танцует с нашим избранником. Например, я, Элен, бываю иной раз слишком категоричен. И ничего не могу с собой поделать. Да, выглядит совершенно по-дикарски… Но моя женщина должна танцевать только со мной…
… Федерика, смотря на пару Энтони-Элен хмыкнула. Всегда суровая подруга слегка улыбалась.
— Не зря мы мучались, — усмехнулась Федерика. — Она всё же смогла.
— Правда, Энтони пришлось её практически заставлять, — заметила глазастая Минди.
— Ну, он же мужчина, — хмыкнула Федерика. — Преодолевать сложности и не сдаваться перед трудностями — это его обязанность. Как кавалера.
— Если бы все парни были именно такими… — иронично заметила Минди. — А что у вас были за тёрки? Я же правильно увидела?
Федерика чуть поморщилась.
— Оказалось, что у Энтони есть одна… особенность, — криво усмехнулась девушка. — Спать столько, сколько можно.
— Это как? — не поняла Минди.
— Буквально. Он спал где-то с девяти вечера и до трёх дня.
