Я не стал скрывать своего счастья и быстро переместившись к ним, тепло их обнял, отчего те удивились такому шагу.
— Алеса! Гашэлай! — тихо рассмеялся я, крепче их к себе прижимая. — Вы себе не представляете, как я рад вас видеть.
— Это чувство взаимно, юный лорд, — с широкой улыбкой изрек Ворган, переглянувшись с озадаченной подругой. — Впервые на моей памяти вы вернулись домой спокойно. Всё-таки хорошо, что нам успели доложить из гавани.
— Следуйте за нами, юный лорд. Вас уже заждались, — чуть тише добавила Алеса, вслед за Гашэлаем отвешивая уважительный поклон Эйсону и Илаю. — Приветствуем юного владыку Аванона и юного лорда дома Август в Мергаре. Мы рады вашему визиту.
В ответ парни учтиво кивнули и отправились неспешно за нами.
Честно сказать я не до конца понимал, о чем именно говорила Оррул, однако, когда мы обогнули центральный фонтан, нам навстречу вниз по ступеням зашагала целая делегация во главе с наставником, за его спиной маячил силуэт Ниссы и Занста, но первой ко мне подступила со скоростью молнии тётка и заключила в крепкие объятия.
— Ранкар, мой мальчик! Как ты? Что с тобой? Почему ты такой бледный, — запричитала целительница, осматривая меня с ног до головы. — Всё в порядке?
— С возвращением! — радостно поприветствовал меня Нисса, чмокнув в щеку.
— С прибытием… брат, — отозвался Занст, учтиво мне кивая.
— Добро пожаловать, — тепло улыбнулся Хаззак, раскидывая руки для приветственных объятий. — Добро пожаловать домой, Ранкар.
Не знаю почему, но в горле внезапно запершило, а сердце Опустошителя отчего-то пробило учащенный такт.
— Спасибо вам, наставник, — хриплым тоном изрёк я, невольно опуская глаза вниз. — Спасибо вам всем…
Аххеский пантеон.
Мергара. Твердыня доминирующего дома Хаззак.
Дворец правления.
Я не знал, что означает уют семьи, но впервые в своей грёбаной жизни мне удалось ощутить толику того самого тепла. Не хочу признавать, но я совершенно не ожидал такой встречи. Все дела наставник приказал оставить на завтрашний день, а после Хаззаки в прямом смысле слова закатили небольшую пирушку.
На празднике практически постоянно меня сопровождала Имания. Давно я не беседовал на обычные досужие темы столь раскрепощено. Тётка всё спрашивала о моих делах и приключениях, после вновь спрашивала и вновь, а я всё отвечал, отвечал и… отвечал. Удалось перекинуться разговором не только с Алесой и Гашэлаем, но также с Занстом и Ниссой. Даже поговорил с их матерями — Элеонорой и Галарой. По натуре они хоть и являлись редкостными интриганками, но в присутствии детей, мужа и Знающей, а также наследник дома Аванона вели себя ниже травы и тише воды. Одно лишь бросилось в глаза — отсутствие Аирда и его матери Камиллы. И моё замешательство не укрылось от внимательных глаз Имании.
— Вряд ли ты когда-нибудь их увидишь, — с презрением отрезала тётка. — Они переступили грань дозволенного.
— Как понимаю, чаща терпения наставника лопнула, — равнодушно заключил я.
— Мой брат держался слишком долго, — с толикой печали заключила Несмертная. — Он на очень многое закрывал глаза. На зреющее предательство и ложь, на пагубные выходки Аирда и губительные интриги Камиллы. Последней каплей стало то, что они напрямую снюхались с нашими врагами Креамхами. После такого терпение Дэймона лопнуло.
— Что с ними станет?
— Уже стало! Считай, что они в ссылке. Оттуда, куда их отправили они не вернутся еще очень и очень долго. А может и вовсе не вернуться, если будут вести себя таким глупым образом. Пусть будут благодарны за то, что их не казнили.
— Собакам собачья смерть, — одними губами пробормотал я.
— Именно так, мой мальчик…
Как бы Имания не старалась, но скрыть всего волнения и тревоги она всё-таки не сумела. Я не стал спрашивать её напрямую о душевных тяготах, но судя по тому, что я видел нечто похожее в глазах наставника, то эти самые тяготы были напрямую связаны с моей персоной. Не потому ли тётка не отходила от меня на данном празднестве ни на один шаг?
Парни тоже время даром не теряли и занимались тем, чем хотели. Эйсон осаждал вопросами Занста. Как-никак они оба вскоре станут главами своих домов, а Илай весь вечер ухлёстывал за Ниссой. Судя по всему, дочери Хаззака импонировал такой подход. Хотя периодически она бросала на меня весьма многозначительные взгляды. Лишь идиот не понял бы их предназначение, но для себя я давно решил, что в постельную плоскость отношения с Манниссой переводить не стану. Нет, девушка славилась своей необычайной красотой и умом, но любовью там и не пахло. Ведь в Ниссе поселилась лишь вселенская благодарность к моей персоне за всё, что я сделал для Хаззаков и её отца. Да и как по мне Илай подходил Ниссе лучше, как никто другой. Хотя, зная его любвеобильную натуру, то одной спутницей жизни он не обойдется.
