— Он дал нам неделю, старшая сестра. Наделю на то, чтобы мы вернули ему Фи, иначе он будет слать Хелию и Ини по кускам…
— СЛЕДИ ЗА НИМ! — грозно закричала светлая альва, глядя на проекцию с разъярённой Эрной. — НЕ СПУСКАЙ ГЛАЗ С НЕГО НИ ДНЁМ НИ НОЧЬЮ! ЭТОТ УБЛЮДОК И ВСЕ, КТО ЗА НИМ СТОИТ, ЗАПЛЯТЯТ ЗА ТО, ЧТО ПОСМЕЛИ ТРОНУТЬ НАС!!! ОТНЫНЕ РАНКАР ХАЗЗАК И ЕГО ПОДЕЛЬНИКИ МОИ КРОВНЫЕ ВРАГИ! Я НИ ЗА ЧТО НЕ ПОВЕРЮ, ЧТО ОН СУМЕЛ ПЛЕНИТЬ СРАЗУ ДВУХ ВЛАЬКИРИЙ СВОИМИ СИЛАМИ! БОЛЕЕ ЧЕМ УВЕРЕНА, ЧТО ОН СНЮХАЛСЯ С ОТМЕЧЕННЫМИ АХХЕСА.
— Да, сестра, — тотчас отрапортовала валькирия тёмной глефы. — Я сделаю так, как ты прикажешь.
Проекция Эрны не успела исчезнуть из поля зрения, а Арнлейв уже со скоростью молнии рассекала коридоры огромного храма. На всей своей возможной скорости она держала путь в самые темные и непроглядные глубины столь величественного места — в его казематы.
В подземельях практически всегда царил кромешный мрак, чтобы пленники валькирий чувствовали себя словно в гробу, но сегодня предводительница служительниц Фреи нарушила негласные правила. Могущественное копьё и крылья небесной воительницы освещали казематы лучше всяких высокоранговых осветительных кристаллов. Спустя несколько минут альва очутилась у нужного места и блеск яркого света озарил очертания камеры и ту, кто вжался в стену будто она давным-давно стала призраком данного места.
Фьётра из побочной ветви верховного клана Ванахейм из некогда могущественной валькирии превратилась в искалеченное создание. Тело осунулось и потеряло былые соблазнительные изгибы. Волосы, что ранее напоминали чудесное жидкое серебро и которым втайне завидовали многие сёстры сейчас напоминали собой обыкновенную белесую копну соломы. Ниспадающие локоны обрамляли столь же бледное и обескровленной лицо с побитыми губами, а розово-голубые глаза, что некогда сияли светом, поблекли во тьме подземелья.
Однако именно такой беспомощный и жалкий вид разозлил Арнлейв еще сильнее. Одним взмахом копья она рассекла многовековую решетку и оказавшись рядом с пленницей, грубо схватила её за горло и приподняла тело над полом. Фьётра же не шелохнулась и повисла хлипким грузом в ладонях у светлой альвы.
— РАНКАР ХАЗЗАК!!! — презрительно прорычала женщина, а её голос эхом разнесся над сводами камеры. — РАНКАР ХАЗЗАК!!!
Произнесенное имя зазвучало будто набат, а мёртвый взгляд бывшей валькирии неуловимо и в крошечный промежуток времени невольно задрожал.
— НУ ЧТО⁈ — гремел голос Арнлейв над сводами камеры. — ДОЖДАЛАСЬ СВОЕГО УБЛЮДКА, ГРЯЗНАЯ СУКА⁈ ИЗ-ЗА ТЕБЯ, ТВОЕГО ВЫРОДКА И ВАШЕЙ ПОРОЧАЩЕЙ СВЯЗИ ПОСТРАДАЛИ СЁСТРЫ!!! А ВАМ ВСЕГО-ТО НАДО БЫЛО СДАТЬСЯ И ПРОСТО СДОХНУТЬ! ВИЖУ, В ТЕБЕ НЕ ОСТАЛОСЬ НИЧЕГО СВЯТОГО! ТАК МОЖЕТ МНЕ ПРИКОНЧИТЬ ТЕБЯ ПРЯМО СЕЙЧАС⁈
С каждым словом альвы глаза Фьётры оживали. Вначале в них поселился только ужас и страх, но после услышанного в них блеснули крохи надежды и злорадства.
— Дай… угадаю… — хрипло прошептала предательница, а на её губах расцвела улыбка, которая озарила своей красотой столь мерзкое место. — Он же… сам… к вам… пришел… не так ли?
— ГРЯЗНАЯ ПОТАСКУХА! — вышла из себя женщины. — ТЫ ЕЩЕ СМЕЕШЬ ИЗДЕВАТЬСЯ⁈
— Убей же меня… Убей и покончим с этим…
— Я бы давно тебя прикончила, дрянь, — прошипела злобно альва в лицо пленнице, — но… не могу! Таков приказ! Приказ госпожи! Но теперь из-за тебя пострадали сёстры.
Улыбка Фьётры от услышанного стала гораздо шире и невзирая на грубую хватку Арнлейв, та вновь тихо просипела.
— Я… предупреждала вас… Если он раскрыл себя… то так тому и быть… Значит, Ранкар готов. Он говорил, что я его сердце. Даже если я умру, то не стану бояться… Отныне бояться нужно вам…
Аронтир. Внутренние земли.
Верхний город. Золотой квартал.
Резиденция имени Ранкара Хаззака-Ксанта.
Личные апартаменты главы резиденции.
Три дня спустя…
Путь в Средний город мне до некоторых пор был заказан. По округе ошивалось слишком много любопытных, и с каждым днём таких любознательных болванов становилось лишь больше. Никогда бы не подумал, что стану столь популярным. Правда, подобную популярность я видел на погребальных кострах Аххеса.
