Осторожно поглядев налево, я увидел, что Саня тоже сидит на полу, каким-то образом умудрившись упаковаться в узком пространстве. Его пистолет лежал на сиденье, с полностью отстрелянным магазином, судя по положению затворной рамы.
Он возился с пакетом, в котором была бомба. Мы на долю секунды встретились взглядами. А потом он резко выпрямился и швырнул пакет сквозь разбитое ветровое стекло.
Через секунду сильно бахнуло. Ощущение, будто ударили чем-то мягким, но тяжёлым по затылку. В ушах неприятно звенело.
Саня что-то говорил мне, но я не мог разобрать. Лишь видел, как двигаются его губы. Потом он открыл дверцу со своей стороны и вышел наружу.
Пару раз глубоко вздохнув, я тоже открыл свою дверцу. Осторожно выглянул наружу.
Саня был возле кабины «Камаза». Стёкла у грузовика были побиты, а на металлической части ниже пара пулевых отверстий.
Он открыл дверцу и едва успел отойти в сторону: из кабины на асфальт упало тело водителя. Не нужно было быть специалистом, чтобы констатировать, что он мёртв.
Глухой стук, с каким его череп ударился об асфальт, я услышал даже сквозь продолжающийся неприятный звон в ушах.
Саня подпрыгнул и заглянул в кабину. Затем, видимо, удовлетворившись увиденным, он быстрым шагом направился обратно к нам.
Только теперь я заметил, что перед капотом «Жигулёнка» валяются части тел: две оторванные руки, нога и, кажется, челюсть. Чуть подальше, возле эпицентра взрыва, который можно было определить по небольшой воронке в асфальте, лежало три тела.
Саня равнодушно прошёл мимо останков и занял свое место. Я тоже вернулся на водительское место.
— Ты в норме? — спросил он.
Я уже набрал воздуха в грудь, чтобы ответить, и только тут обратил внимание на то, что смотрел он не на меня, а в сторону заднего сиденья.
Только теперь я вспомнил про Володю.
Тот сидел, сжимая ладонью правой руки предплечье левой.
— Задели, — сказал он. — Помоги с аптечкой.
— Аптечка же есть? — Спросил Саня, уже обращаясь ко мне.
Вместо ответа я подошёл к багажнику и вытащил аптечку.
Саня тем временем пересел на заднее сиденье, к Володе. Он молча протянул руку за аптечкой, даже не глядя на меня.
Я открыл пластиковую коробку и протянул ему. Тот кивнул в ответ, после чего занялся Володиной раной.
Я же, повинуясь порыву нездорового любопытства, подошёл к трём распростёртым телам. Кровь ещё продолжала вытекать из оторванных конечностей, скапливаясь в густые лужицы.
Лицо одного из нападавших было обезображено взрывом. Похоже, именно у него вырвало нижнюю челюсть. Два других лежали на асфальте ничком.
Поддев носком кроссовка ближайшее тело, я перевернул его. И отшатнулся. Лицо было покрыто ссадинами, но легко узнаваемо: в осеннее небо навсегда опустевшими глазами глядел Васька Петров, мой бывший одноклассник.
Кажется, Вениамин Петрович уже и не чаял нас увидеть. По крайней мере, он выглядел удивлённым, когда мы подъехали на парковку возле здания суда. Но удивлённым приятно.
Он подбежал к нам, бросив критический взгляд на отсутствующее лобовое стекло.
— Целы? — взволнованно спросил он. — К показаниям готов?
— Готов, — кивнул я.
— Это ребята с твоего факультета? — уточнил он, кивнув в сторону Сани и Володи, которые остались в машине.
Надо бы им предложить перебраться внутрь здания, что ли, всё-таки не май месяц далеко… интересно, есть ли в судах что-то вроде комнаты ожидания?
— Да, — кивнул я.
— Меня сын предупредил, мы решили держать нашу группу для прикрытия и…
— Давайте уже после, — перебил я. — Обсудим всё в спокойной обстановке.
Вениамин Петрович кивнул и сделал знак паре громил, которые мялись возле его «БМВ». Громилы кивнули и остались на месте.
— До заседания ещё полчаса, — заметил адвокат.
— Да, мы хотели в кафе заехать… — вздохнул я. — Но не сложилось.
— Я дам команду, ребятам принесут перекусить, — ответил Вениамин Петрович.
— А внутрь им можно? Погреться хотя бы… — спросил я.
— В другое время я бы предложил к нам в контору заехать — но сейчас будет лучше всем держаться вместе. Я передам, чтобы их пустили в наши машины.
— Спасибо, — кивнул я.
— В здание суда лучше не надо — на входе берут паспортные данные. Порядок такой. Ты, кстати, паспорт взял?
— И паспорт, и военник, на всякий случай, — кивнул я.
— Разумно.
Заседание прошло скучно и буднично. Меня вызвали сразу после рассмотрения вещественных доказательств. Прокурор задал пару вопросов, на которые я ответил уверенно и без запинки. Адвокат на перекрёстном допросе фантазии не проявлял. Было заметно, что моё появление в планы защиты никак не входило. Он вяло попытался поймать меня на мелочах, однако я очень хорошо помнил материалы, с которыми меня познакомил Вениамин Петрович и без труда отбился от атак.
Только после дачи показаний я решился посмотреть на обвиняемого. Полноватый, лысеющий мужик. Глаза чуть навыкате. Нервно перебирает пальцами, бросая взгляды то на судью, то на своего адвоката.
