«Клянусь Святым Павлом, – сказал Петруша, – вы даете такое прекрасное обещание,Что я буду трудиться, потеть и сеять для нас обоихИ другие работы выполнять из любви к тебе всю мою жизнь,С условием, что ты будешь охранять Святую Церковь и меняОт расточителей и злых людей, которые разоряют этот мир».В мировоззрении этого консервативного моралиста нет ненависти, только жажда справедливости. «Христос на кресте, – написал он, – сделал всех нас братьями по крови».
При этом Ленгленда глубоко потряс контраст между плохо используемым богатством и незаслуженной и повсеместной нищетой. Для него, как и для более поздних английских идеалистов, отрицанием христианства казалось то, что честный бедняк угнетен и обманут. Возникало глубокое возмущение основателем его религии:
«Иисус Христос на небесахВ одежде бедняка всегда преследует нас...Ибо на Крови Христа процветает весь христианский мир,И братьями по крови мы стали там... и благородным стал каждый из нас».Его сердце было взволнованно, его возмущение вызывали «узники в долговых ямах и бедняки в коттеджах, обремененные детьми и рентой лорда»:
«Старые люди и седые, бессильные и беспомощные,И женщины с детьми, которые не могут работать,Слепые и больные и со сломанными членами,Которые переносят это несчастье с кротостью, как и прокаженные и другие...Из любви к их кротким сердцам наш Господь пожаловал имИх покаяние, и их чистилище здесь, на этой земле».Пока все они находились в пренебрежении, он не мог почитать «лордов и леди и других в мехах и серебре». Подсознательно в его видении всегда присутствовало напоминание о Кресте и о том, что Христос выстрадал в бедности и пренебрежении, чтобы люди могли жить, и жить более богато:
«И я снова уснул и внезапно привиделся мне,Тот Петр Пахарь, весь вымазанный в крови,Шел с крестом перед простыми людьми,И походил всеми своими чертами на нашего Господа Иисуса Христа.Затем воззвал я к Совести, чтобы сказала мне правду.Христос ли это, – спросил я, – которого евреи приговорили к смерти?Или это Петр Пахарь? Кто вымазал его в крови?Сказала Совесть, преклонив колена: „Это герб Петра,Его цвета и щит, и он, который идет весь в крови,Есть Христос со своим крестом, покоритель христианского мира”».Это сильно отличалось от тех гербов, которые носили рыцари Ордена Подвязки на пирах в виндзорской Круглой Башне.
Еще сильнее жажды справедливости было у Ленгленда чувство сострадания. Когда бездельники и расточители увильнули от своей работы на поле Петра и в результате были наказаны Голодом, пахарь пожалел и накормил их, хотя он знал, что, как только голод уйдет, они опять впадут в праздность и безделье:
«Они мои кровные братья, ведь Бог искупил нас всех.Правда, некогда учил меня любить каждого из нихИ помогать им во всем, когда они в нужде...Люби их и не брани, пусть уж сам Бог с них взыщет». 