Его работы в области медицины были почти забыты за его славой философа; однако он был «одним из величайших врачей своего времени», первым объяснил функцию сетчатки глаза и признал, что приступ оспы дает последующий иммунитет.99 Его энциклопедия медицины (Китаб аль-Куллийат фи-ль-тибб), переведенная на латынь, широко использовалась в качестве учебника в христианских университетах. Тем временем эмир Абу Якуб выразил пожелание, чтобы кто-нибудь написал ясное изложение Аристотеля, и Ибн Туфаил порекомендовал эту задачу Аверроэсу. Предложение было принято с радостью, поскольку Аверроэс уже пришел к выводу, что вся философия заключена в Стагирите, который просто нуждается в интерпретации, чтобы стать современным для любой эпохи.* Он решил подготовить к каждому главному произведению Аристотеля сначала краткое изложение, затем краткий комментарий, а затем подробный комментарий для продвинутых студентов — способ постепенного усложнения изложения, привычный для мусульманских университетов. К сожалению, он не знал греческого языка и вынужден был полагаться на арабские переводы сирийских переводов Аристотеля; тем не менее его терпение, проницательность и острый анализ снискали ему в Европе имя Комментатора и сразу же поставили его во главе мусульманской философии, уступая лишь самому великому Авиценне.
К этим трудам он добавил несколько собственных работ по логике, физике, психологии, метафизике, теологии, праву, астрономии и грамматике, а также ответ на «Разрушение философии» аль-Газали под названием «Разрушение разрушения» (Тахафут ат-Тахафут). Он утверждал, как и Фрэнсис Бэкон, что, хотя немного философии может склонить человека к атеизму, беспрепятственное ее изучение приведет к лучшему взаимопониманию между религией и философией. Ведь хотя философ и не может принять в буквальном смысле догмы «Корана, Библии и других богооткровенных книг», но100 Он понимает, что они необходимы для развития благочестия и нравственности среди людей, которые настолько измучены экономическими проблемами, что не находят времени для случайных, поверхностных и опасных размышлений о первых и последних вещах. Поэтому зрелый философ не произнесет и не поощрит ни одного слова против устоявшейся веры.101 В свою очередь, философ должен быть свободен в поисках истины; но он должен ограничивать свои дискуссии кругом и пониманием образованных людей и не вести пропаганду среди населения.102 Символически истолкованные доктрины религии могут быть согласованы с открытиями науки и философии;103 Такое толкование священных текстов через символ и аллегорию практиковалось даже прорицателями на протяжении веков. Аверроэс не учит прямо, а лишь подразумевает доктрину, вменяемую ему христианскими критиками, — что предложение может быть истинным в философии (среди образованных людей) и ложным (вредным) в религии (и морали).104 Поэтому мнения Аверроэса следует искать не в мелких трактатах, которые он написал для широкой аудитории, а в его более глубоких комментариях к Аристотелю.
Он определяет философию как «исследование смысла существования» с целью совершенствования человека.105 Мир вечен; движение небес никогда не начиналось и никогда не закончится; сотворение мира — это миф.
Сторонники творения утверждают, что агент [Бог] производит [новое] существо, не нуждаясь для его производства в каком-либо ранее существовавшем материале….. Именно такое воображение побудило теологов трех существующих в наши дни религий утверждать, что нечто может возникнуть из ничего.106…Движение вечно и непрерывно; всякое движение имеет свою причину в предшествующем движении. Без движения нет времени. Мы не можем представить себе, что у движения есть начало или конец».107
Тем не менее Бог является творцом мира в том смысле, что в любой момент он существует только благодаря Его поддерживающей силе и, так сказать, непрерывно творится с помощью божественной энергии.108 Бог — это порядок, сила и разум Вселенной.
