Когда такие пиюты или священные стихи вводились в синагогальную службу, их исполнял прецентор, и музыка вновь входила в ритуал. Кроме того, во многих синагогах чтения из Писания и молитвы исполнялись кантором или общиной в «кантилляции», музыкальные тона которой были в основном импровизированными, но иногда следовали образцам, заложенным в простых песнях христианского песнопения.110 Из певческой школы монастыря Святого Галла в Швейцарии, где-то до XI века, пришел сложный напев знаменитой еврейской песни Коль Нидре — «Все обеты».111
Синагога так и не смогла полностью заменить Храм в сердце еврея. Надежда на то, что когда-нибудь он сможет принести жертву Яхве перед Святая Святых на холме Сион, разжигала его воображение и оставляла его открытым для повторных обманов со стороны ложных мессий. Около 720 года сириец Серен объявил себя ожидаемым искупителем и организовал кампанию по отвоеванию Палестины у мусульман. Евреи из Вавилонии и Испании покинули свои дома, чтобы присоединиться к его авантюре. Он попал в плен, был разоблачен халифом Езидом II как шарлатан и предан смерти. Примерно тридцать лет спустя Обадия Абу Иса бен Исхак из Исфахана возглавил аналогичное восстание; 10 000 евреев взялись за меч и храбро сражались под его предводительством; они были разбиты, Абу Иса был убит в бою, а исфаханские евреи понесли неизбирательное наказание. Когда Первый крестовый поход всколыхнул Европу, еврейские общины мечтали, что христиане, в случае победы, вернут Палестину евреям;112 Проснувшись от этой фантазии, они столкнулись с чередой погромов. В 1160 году Давид Алруи возбудил евреев Месопотамии, объявив, что он — Мессия и вернет им Иерусалим и свободу; его тесть, опасаясь бедствий для евреев от такого восстания, убил его во сне. Около 1225 года в южной Аравии появился другой мессия, который возбудил у евреев массовую истерию; Маймонид в знаменитом «Письме на Юг» разоблачил притязания самозванца и напомнил аравийским евреям о смерти и разрушениях, которые последовали за подобными безрассудными попытками в прошлом.112a Тем не менее он принял мессианскую надежду как необходимую поддержку еврейского духа в Рассеянии и сделал ее одним из тринадцати основных догматов еврейской веры.113
Каковы были источники вражды между неевреями и евреями?
Основными источниками всегда были экономические факторы, но религиозные разногласия давали преимущество и прикрытие экономическому соперничеству. Мусульмане, живущие по Мухаммеду, возмущались тем, что евреи отвергли их пророка; христиане, приняв божественность Христа, были потрясены тем, что его собственный народ не признает эту божественность. Добрые христиане не видели ничего нехристианского или бесчеловечного в том, чтобы возложить на целый народ, на протяжении многих веков, ответственность за действия ничтожного меньшинства иерусалимских евреев в последние дни жизни Христа. Евангелие от Луки рассказывает, как «толпы» иудеев приветствовали Христа в Иерусалиме (xix, 37); как, когда Он нес Свой крест на Голгофу, «за Ним следовало великое множество народа и женщин, которые также оплакивали и причитали о Нем» (xxiii, 27); и как после распятия «весь народ, собравшийся на это зрелище… воздымал грудь свою» (xxiii, 48). Но эти свидетельства симпатии иудеев к Иисусу были забыты, когда на каждой Страстной неделе с тысячи кафедр звучала горькая история Страстей; в христианских сердцах разгоралось негодование; и в эти дни израильтяне закрывались в своих кварталах и домах, боясь, что страсти простых душ могут разгореться до погрома.114
